Книга Ведьмам накладывают швы, страница 16 – Джульетта Кросс

Я могу себя поздравить – после переезда в Новый Орлеан я стал потрясающим актером. Серьезно, я бы сорвал кассу где-нибудь на Бродвее, если бы захотел.

Я сам предложил Вайолет партнерство, так что пенять оставалось только на себя. Несмотря на то что она упорно делала вид, будто на новогодних каникулах два года тому назад между нами ничего не произошло, идея была неплохая. Мы стали партнерами по бизнесу, и я вложил деньги в запуск тату-студии «Эмпресс», благодаря чему сумел наконец пустить корни хоть где-то.

Конечно, я мог куда-нибудь уехать и управлять бизнесом на расстоянии, но в Новом Орлеане мне понравилось. Мой двоюродный брат Матео жил неподалеку. Запись в «Эмпресс» была плотной, и люди вставали в лист ожидания, хотя официально студия еще даже не открылась. Семейство Савуа приняло меня как своего.

Наконец, здесь жила Вайолет. Прекрасная, острая на язык Вайолет. Стена, которую она воздвигла между нами, лишь усилила мою нездоровую одержимость ею. Я готов был ручаться, что наше влечение взаимно, но она быстро и уверенно перевела наши отношения в дружескую плоскость. Хотя мое терпение начинало иссякать. Тогда я избрал новую тактику сближения с ней – стать ее бизнес-партнером.

И вот я сижу перед ней на стуле, а она касается меня – ситуация не предполагает никакой эротики, но у меня стоит колом. И я счастлив, как никогда в жизни. Быть рядом с ней – сладкое мучение, без которого я не могу жить.

— Откуда он у тебя? – спросила ведьма, и мы встретились взглядами.

У нее сине-голубые, как крылья бабочки, глаза. Пальцем в медицинской перчатке она потирала небольшой шрам на моей грудной клетке. Я бросил взгляд на это место и откашлялся, стараясь отогнать нахлынувший поток воспоминаний.

— Да так. Привез из Остина. Я не хотел открыто заявлять о своих недостатках, но знал: честность необходима, чтобы быть ближе к ней. – Подрался в баре с одним мудаком. Тоже оборотнем. Он неожиданно обернулся волком. Это шрам от когтей.

Вайолет насупилась, откидываясь на стуле назад.

— Он стал волком и поранил тебя?

Напряжение в груди рассеялось из-за ноток сочувствия в ее голосе. Сочувствия ко мне.

— Я его тоже, если на то пошло. Хромает теперь. Не повод для гордости, но это посерьезнее шрама.

Мрачное выражение ее лица сменилось улыбкой.

— Кровожадинка, – поддразнил ее я. – Мне это нравится.

Она продолжила растушевывать тон на полумесяце.

— Если он бросился на тебя первым, то вполне этого заслужил.

Повисла пауза. Ее беспокойство за меня грело мне душу, хотя она и заморачивалась слишком сильно. Больше всего на свете Вайолет обожала копаться в деталях, и я не сомневался, что вот-вот раздастся еще один вопрос. Я не ошибся.

— Получается, – сказала наконец она, – волк может овладеть тобой помимо твоей воли?

Я усмехнулся.

— Еще как. Он настоящий зверюга. Когда оборотень стремительно впадает в ярость, обернуться для него – раз плюнуть. Даже если не хочется.

Ведьма кивнула, приняв это к сведению. Протирая место татуировки салфеткой, она бросила взгляд на меня, а затем продолжила:

— Помнишь, в прошлом году на полнолуние ты повздорил с какими-то типами у «Котла»? Ты тогда почти обернулся в волка прямо посреди улицы.

Она ни в чем меня не обвиняла, но я все равно испытывал чувство стыда. Я помнил тот вечер. Отыграв концерт в «Котле», я предложил Вайолет проводить ее до дома – она как раз закончила работать в студии. Обычно ее провожал Джей-Джей, но в этот раз я сказал ему, что сделаю это сам. Разумеется, я искал предлог побыть с ней наедине.