Книга Позывной "Аббадон", страница 44 – Екатерина Воробьева

— Почему? – искренне полюбопытствовал он.

— Я хочу, чтобы ты впустил меня добровольно. – пожала она плечами и отпила лимонад.

— Зачем? Что ты хочешь там увидеть?

— Тебя. Какой ты настоящий.

Ее ответы были такими простыми, без двойного смысла или издевки, что Тедди был покорен такой искренностью.

— А сама готова показать себя настоящую? – прищурился он – Покажешь мне сой разум?

На секунду она замерла, обдумывая ответ.

— Там нет ничего интересного. – ему показалось или же действительно в ее голосе звучала скорбь – Там одна темнота. Больше ничего.

Джин знала, что он поймет ее слова не в буквальном смысле. Подумает, что это аллегория. Но то, что она сказала, имело самый что ни на есть прямой смысл.

— Не верю.

Единственное, что изрек он перед тем, как разорвать с ней зрительный контакт и вернуть свое внимание к чашке с кофе.

Заканчивали обед в напряженном молчании. Выходили из кафе тоже молча.

Но когда они шли к машине Тедди не выдержал. Развернул ее лицом к себе, резко дернув за локоть.

— Признавайся, что тебе от меня надо?

Он терпеть не мог игр, интриг, двойных посланий и недомолвок. Он сам по натуре честный и открытый человек и не терпел к себе иного обращения.

Увидев, какой злостью и негодованием, полыхают его глаза, Джин получила неимоверное удовольствие. Не имея в себе большого спектра эмоций, она наслаждалась и впитывала любые чужие. Не важно, положительные или отрицательные. Любые эмоции доставляли ей блаженство.

Как только ее губы разомкнулись для того чтобы, дать дерзкий ответ и усилить огонь его злости она увидела, как его глаза резко метнулись ей за спину, на проезжую часть. В секунда его лицо вытянулось от удивления, зрачки сузились от страха и тревоги.

Она хотела обернуться, чтобы посмотреть, что вызвало в нем такое удивление, но не успела. Тедди резко повалил ее на землю прикрывая собой, а через доли секунды прогремела череда автоматной очереди.

Когда он увидел, как черный тонированный фургон замедлил скорость, поравнявшись с ними, а из его открытой двери выглядывает дуло автомата, нацеленное в спину Джин, он среагировал молниеносно. Не задумываясь над тем, что и зачем он делает, Тедди повалил ее на землю и прикрыл собой.

Стрельба длилась секунд пять, после чего фургон со свистом шин исчез из поля зрения также быстро, как и появился.

Стрельба напугала прохожих. Началась жуткая паника. Люди с криками и визгами разбегались кто куда. Подхватив детей на руки, торопились скрыться за ближайшим углом, в здании, в машине. Все спасались бегством, все спасали себя.

Только он неподвижно лежал на ней, продолжая закрывать хрупкое тело, распластанное под ним на асфальте, своим телом. Он хотел приподняться на локтях, чтобы посмотреть, как она и не раздавил ли он ее своим весом, как почувствовал резкую, пронзающую все тело боль в левом боку.

Джин лежала под ним не шевелясь, эгоистично и нагло наслаждаясь тяжестью его тела, силой его стальной груди и запахом… таким пряным с нотками мяты. Но когда Тедди зашевелился и издал глухой, тихий болезненный рык, Джин поняла, что он ранен.

Быстро и ловко выбравшись из-под него, она задрала края его куртки и увидела кровь.

— Зачем? – еле слышно прошептала она.

— В тебя стреляли. – ответил он так, словно объяснял ребенку банальные вещи.