Книга Хозяйка острова. Мама для дочери дракона, страница 108 – Лина Калина

— Саэн? — мысленно обратилась я.

Ханна заёрзала в объятиях Дейва, словно почувствовав мою тревогу.

— Мам, тебе плохо? — в голосе малышке звучало беспокойство.

Я с трудом сглотнула, пытаясь прогнать дурное предчувствие. Нужно сосредоточиться. Рядом Дейв и Ханна, они нуждаются во мне. Гаждо повержен, но…

— Нет, Саэн. Я не стану уничтожать кристалл. Ты слышишь? Нет! — мысленно обратилась к спектрону.

Он молчал.

Его молчание пугало сильнее любых слов.

Внезапно зрение померкло. Мир вокруг утонул во тьме.

Горло сжалось в железных тисках, не давая дышать.

— Дейв, — прохрипела я, с трудом узнавая собственный голос. — Кристалл… Его нужно уничтожить. Сейчас же.

Мой голос прозвучал удивительно чужим, словно кто-то говорил моим ртом. Я не могла остановить себя.

Дейв нахмурился не понимая.

— О чём ты, Тома? Этого нельзя делать! Гаждо повержен, опасность миновала.

Но я уже не слушала. Голос в моей голове кричал всё громче, требовал, угрожал. И ещё… он соблазнял. Соблазнял силой, от которой невозможно было отказаться.

— Уничтожь его, за'арх… и ты станешь одним целым со мной. Обретёшь истинное зрение. Увидишь все тайны этого мира… и многих других миров.

Вместо черноты перед глазами вдруг вспыхнула багровая пелена, словно кто-то набросил на меня вуаль, пропитанную кровью. Ноги сами собой сделали шаг, потом ещё один. Я двигалась, будто марионетка в руках невидимого кукловода.

— Уничтожить… уничтожить… — шептала я, но голос был не мой — низкий, хриплый, словно кто-то говорил из колодца.

— Мама! — испуганно позвала Ханны. — Нет!

Маленькие пальчики вцепились в мою руку, пытаясь остановить.

— Мама, не надо! — голос Ханны дрожал, но не от страха, а от… решимости? Но я её почти не слышала. Голос спектрона гремел в моей голове, заглушая все остальные звуки.

— …сила… за'арх… — сквозь гул пробился ещё один голос, далёкий, но знакомый. Лириэль! — Сразись… твои страхи…

Я должна...

Должна защитить Ханну. Не нужно мне проклятое зрение такой ценой.

— …не нужны... твои глаза… Саэн, — мысленно проговорила я.

— Освободи его, за'арх, — прозвучал в голове призыв пегаса, — силой воли и древними рунами, что украшают твои запястья. Верни спектрона домой.

Я сделала глубокий вдох, собирая волю, фокусируя всю свою решимость. Руны на запястьях будто налились жаром, отзываясь на мое намерение.

— Освобождаю тебя… Саэн! — с усилием вытолкнула эти слова, вкладывая в них всю свою силу.

Мир взорвался второй раз. На этот раз — светом.

— Я не хотел этого, за'арх, — прошептал Спектрон. — У меня не было выбора. Долг перед хозяином — закон для таких, как я. Такова наша природа — служить, подчиняться… — Его голос, обычно такой грозный, теперь звучал тихо и бесконечно печально. — Но даже в нас живет желание быть свободными. Теперь... Теперь я свободен. Спасибо. — В его голосе проскользнуло что-то похожее на благодарность. — Я вернусь в подмирье, домой.

Я физически почувствовала, как что-то вырывается из моей головы, унося с собой часть меня… зрение?

Темнота нахлынула ледяной волной, увлекая в свою бездну. Я падала в бесконечную, всепоглощающую тьму. Вокруг проносились обрывки видений: багровые вспышки, чей-то полный ужаса смех, лицо Ханны, искаженное страхом. И голос, уже не настойчивый, а пронзительно-печальный, словно предсмертный стон раненого зверя: