Книга Измена. Ужин которого не должно было быть, страница 5 – Ксения Пономарева

Я не сдержала смешка:

— Если вы пытаетесь меня подкупить, то это работает. Но совесть и трудовой договор категорически против.

— Совесть — это серьёзно, — он поднял руки в жесте капитуляции. — А вот трудовой договор можно попробовать уговорить. Скажем, сослаться на форс-мажор: «Не вышла на работу ввиду неожиданного гастрономического откровения».

— Боюсь, кадровики не оценят ваш креатив, — улыбнулась я, направляясь к двери.

Мы спустились в подземный паркинг — тихое, полутёмное пространство, где гулко отдавались шаги и мерцали редкие лампы. Денис подошёл к аккуратно припаркованному седану, нажал кнопку брелока. Машина приветливо моргнула фарами, словно говоря: «Ну что, в путь?»

— Садитесь, — он открыл передо мной дверь с почти старомодной вежливостью. — Обещаю: довезём вас в целости, сохранности и без попыток устроить ещё один кулинарный мастер-класс в дороге.

— А жаль, — не удержалась я от шутки, устраиваясь на сиденье. — Я уже начала мечтать о вашем имбирном чае.

— Значит, это повод для второго свидания, — бросил он, заводя двигатель.

Я чуть не подавилась воздухом:

— Свидания? Мы же просто…

— А кто сказал, что «просто»? — он подмигнул, выезжая на подъём. — В моём мире любая поездка с красивой женщиной — уже маленькое приключение. Даже если конечная точка — ваша квартира и завтрашний рабочий день.

Я рассмеялась:

— Вы точно врач, а не профессиональный шутник?

— И то, и другое. Специализация: лечение смехом и сытными ужинами. Приём — один раз вечером, курс — до полного выздоровления.

Машина выехала на ночную улицу. Огни города размывались в причудливые блики, а ветер за окном будто подпевал тихому ритму двигателя.

Денис бросил на меня короткий взгляд:

— Знаете, есть одна неписаная истина: если человек смог пережить ужин с незнакомцем и не отравиться — это уже повод для доверия. А если при этом ещё и понравилось…

— То что? — я приподняла бровь, чувствуя, как внутри что-то едва уловимо дрогнуло.

— То это уже подозрительно близко к романтическому сюжету, — его голос стал тише, а в глазах мелькнуло что-то тёплое, почти осязаемое. — Особенно если учесть, что вы до сих пор не сбежали.

Я хотела ответить что-то остроумное, но слова застряли в горле. В полумраке салона его взгляд казался особенно пронзительным, а тишина между нами наполнилась чем-то неуловимым — как будто мы оба знали, что этот вечер ещё не закончился, что за пределами парковки, за поворотом, за следующей фразой скрывается что-то большее.

— Может, это потому, что я ещё не уверена, что вы не маньяк? — попыталась я разрядить обстановку.

— Тогда позвольте доказать обратное, — он улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла, что по спине пробежала лёгкая дрожь. — Например, тем, что прямо сейчас я везу вас домой, а не куда-то в таинственную глушь.

— Убедительно, — выдохнула я, чувствуя, как сердце сбивается с ритма.

Пока мы ехали, я не могла отвести от него глаз. То, как он заботился обо мне, как беспокоился — это было так непохоже на всё, что я знала о мужчинах. Может быть, это просто шок от падения? Или что-то большее?

В голове крутились мысли о муже, о его безразличии, о том, как он даже не попытался меня найти. А этот незнакомец… Перевернул мой мир за один вечер.

Машина остановилась у моего подъезда. В свете фонарей его лицо казалось особенно серьёзным.