Книга Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену, страница 59 – Анна Гур

— Забирай что хочешь. Только не подходи ко мне ближе, чем на километр. А про то, чтобы лечь под тебя, уж прости… любой мужик лучше! Тебя!

Срываюсь. Повышаю голос и… кажется, перехожу черту.

Игорь буравит меня нечитаемым взглядом.

— Это ты зря сказала, — его голос почти вибрирует от сдерживаемой ярости, — очень зря.

— Все. Я ухожу! Ты не имеешь права меня задерживать! Не имеешь!

Поворачиваюсь, делаю шаг, потом второй... сердце бьется так сильно, грохочет так, что, кажется, я сейчас оглохну. Мне нужно уйти! Убежать! Нужно вдохнуть. Нужна свобода. Хотя бы на пару минут.

Дверь все ближе. Я уже тянусь к ручке, когда позади раздается низкое, хищное, обжигающее:

— Агния.

Я замираю. Даже не дышу, ожидая удара… который не заставляет себя ждать:

— Кто отец твоей дочери?!

Замираю. Пальцы сжимаются на ручке двери, металл больно впивается в ладонь. Вот он, тот вопрос, которого я ждала и которого так боюсь…

— Ты отсюда не выйдешь, пока не ответишь.

Вновь падает приговором. Сердце в груди делает кульбит. Разворачиваюсь медленно, будто в замедленной съемке все происходит. Ветров сидит, откинувшись на спинку стула, бокал в руке, вроде бы и расслабленный, но в глазах ледяная ярость. Челюсть ходит, как у хищника, который решил, что добыча никуда не денется и пора нападать.

Только вот Игорь не учел одного очень важного фактора. К этому вопросу я была готова с того самого дня, когда дедушка дал мне прочесть договор.

В тот день я в шоке посмотрела на самого близкого человека и разрыдалась, потому что по договору… Игорь мог отнять у меня ребенка. Я подписалась под этим треклятым пунктом!

И тогда дедушка сказал, что мы все продумаем и защитимся. Во-первых, договор Игорь подписывал с другой Агнией, у той Агнии были другие документы, отчество и фамилия. Я — совершенно другой человек и… моя дочка родилась позднее срока. Я переходила, но об этом нигде ничего не указано, а в свидетельстве о рождении Иришки в графе «Отец» совсем другое имя…

Дедушка перестраховался, а я… я благодарна ему, потому что Демьян Борисович продумал все до мелочей, обговорив все со своими доверенными юристами.

Если бы не это, я бы сейчас в обморок упала от напряжения, но сейчас лишь смотрю на Игоря с иронией, я играю, я все еще боюсь, но блефую на максималках!

— А тебе какая разница? — поднимаю подбородок, улыбаясь нарочито спокойно. — С чего вдруг такие вопросы, Ветров?!

Вижу, как дергается уголок его губ.

— Не выворачивай, — роняет он хрипло. — Я задал простой вопрос.

— А я даю простой ответ! Расслабься, Ветров. Ты тут ни при чем. Живи спокойно, предъявлять права на твое имущество после смерти… — делаю паузу, скользя взглядом вниз, — никто не будет…

Он ставит бокал на стол со стуком. Я выбесила его. Понимаю. Этого и добиваюсь. Но… черт возьми, как же страшно?! Он сводит брови, смотрит так, будто пытается просверлить дыру у меня во лбу.

— Ты хочешь сказать, что… — он прищуривается, — залетела от водилы?!

Вот оно. Наконец-то. Я почти физически ощущаю, как внутри поднимается волна адреналина. Сейчас главное не дрогнуть.

— А что тебя так удивляет? — я пожимаю плечами. — Представь себе, да! Молодая женщина, которой муж отказывает, которую разок попользовал, чтобы брак подтвердить, и все, что мне было делать, Игорь?! Как терпеть твой игнор, пока ты по проституткам не ленился бегать, — я сквозь зубы усмехаюсь.