Онлайн книга «Лжец. Мы больше не твои»
|
Тогда наивная девчонка рассудила, что Петр прав, и отдалась. Быстрый секс, неприятные ощущения, не то, чтобы боль… а потом я закрылась в туалете дома, а Станиславский улетел… — Кажется, я выбрал не ту тактику. Заканчиваем с разговорами. Сильный толчок вновь вызывает вскрик. Очередь из мощных ударов возвращает меня в реальность, и я начинаю испытывать острый дискомфорт от глубоких толчков. Впиваюсь пальцами в спину Царева и царапаю его с силой. — Вот так… Да… возвращайся ко мне, Нина… Покажи, какая ты чувственная кошечка… Рычит и начинает сильнее проникать, не щадит уже, в какой-то момент мои руки хватает и пришпиливает к подушкам, подставляет мое тело под свои остервенелые толчки, впивается губами в мою грудь, играет языком, и наслаждение переполняет меня. Там, где наши тела соприкасаются, будто жар поднимается. Мне кажется, что у меня кровь в лаву превращается, она течет, пока я плавлюсь и мечусь под своим любовником, и впервые я чувствую желание, моя чувственность будто просыпается после спячки, перед глазами вспыхивают искры. Вадим сплетает наши пальцы и все, что он делает, вызывает во мне отклик, я чувствую, как глубоко внутри меня будто закипает что-то новое, неизведанное, тело натягивается подобно тетиве лука, которая под сильным толчком Царева разрывается, и я кричу, срываю голос, хриплю и улетаю в какое-то продолжительное наслаждение, которое скручивает все тело и лишает дыхания… Я бьюсь в конвульсиях, остро-сладких, таких нереальных, что у меня из глаз прыскают слезы, и черная пелена неги накрывает, отправляя меня в какой-то чувственный нокаут и невесомость… Глава 11 Я лежу на груди мужчины, чувствую размеренное дыхание и биение его сердца, пальчики выводят узоры на широкой груди. То, что произошло между мной и Царевым – оглушило меня, убило и возродило вновь. Это не просто секс. Это как откровение. Понимание, что между мужчиной и женщиной может быть такое чудо… Нереальное волшебство и эйфория, когда летаешь и падаешь, разбиваешься и взмываешь вновь. После первого секса случился второй, затем третий, а потом я просто попросила Вадима остановиться, потому мышцы перестали выдерживать… Я оказалась слишком неопытной в постели. Царев мне словно глаза открыл. И я не хочу сравнивать его с Петром, но оно само получается, и я понимаю, что мой муж просто пользовал мое тело для быстрой разрядки, спускал напряжение, не заботясь о моем комфорте, он не сделал ничего для того, чтобы раскрыть мою чувственность, и Вадим это сразу заметил, подчеркнув, что я “почти девственница”. Вот так вот. Я была женой, верной хранительницей очага, матерью, а теперь понимаю, что все блажь. Станиславский пользовал меня во всех смыслах. Лишил всего, а взамен не дал ничего. Только мои детки, и то они появились благодаря врачам… Прикрываю веки, глаза жжет, и слезы скапливаются, но это не слезы сожаления относительно того, что я переспала с Вадимом. Нет. Это, скорее, слезы осознания того, как я жила и в кого превратилась, не заметив, что муж-тиран отнял все то, чем я когда-то была… Морщусь, хочу оказаться в ванной и резко поднимаюсь, ощущая, как у меня между ног начинает течь. Вадим же ловит меня за руку и отслеживает мою реакцию, смотрит в мои глаза и говорит совершенно спокойно: |