Онлайн книга «Лжец. Мы больше не твои»
|
Вернее, тебе кажется, что ты не ощущаешь ничего. Просто идешь вдоль дороги, не имея никакой надежды, не имея веры… Только цель. Взлететь. Подняться. Выбраться. Выкарабкаться. Загасить тех, кто в ответе за все, повалить с Олимпа и смотреть, как будут корчиться те, кто виною всем бедам, которые когда-либо происходили с моей семьей, да и со мной… — Вадим! Прием! Земля вызывает! Разворачиваюсь и смотрю на Кирилла. Прищурился, сверлит меня взглядом. — Я тебе как юрист говорю, дело пахнет керосином. Отступись! Зыркает на меня, запускает пятерню в свои волосы цвета воронового крыла. — Ты, Кир, ни хрена меня не знаешь, раз такое советуешь. — Нет, брат, это ты ни хрена не понимаешь! За тебя конкретно взялись. Травят на тебя всех, рычаги власти задействованы. Сдался тебе этот чертов тендер! Кристовский резко поднимается из кресла и начинает наматывать круги в моем кабинете. — Хорош мельтешить, глаза болят. Ты же вроде только из тренажерки, должен был уже спустить пар. Резко вскидывает бровь и улыбается криво. — Пар я, Царев, скидываю только в одном случае. С бабой и в горизонтальной позиции, а тут тупо отмахались, пришлось поездить по твоей надменной зажравшейся роже! Кажется, лучший юрист столицы в бешенстве. Ухмыляюсь и пытаюсь не таскать тигра за усы. — Кир, ну, во-первых, ты у меня чуть в нокдаун не улетел. — Ну, во-первых, Царев, тебе свезло, я просто засмотрелся на ту девицу в мини, кстати, с ней и можно пар спустить… — Кобелина ты конкретная, Кир, – фыркаю. — Ну не всем же, как тебе, втрескаться в одну бабенку, которую даже ни разу не… — Кристовский! – рявкаю так, что, наверное, стекла за спиной дребезжат, и Кир фыркает. — Станиславский под тебя копает, как пить дать, и в этот раз эта гнида подготовилась и намутила конкретную подставу. Если все настолько плохо, как я думаю, Вадим, твою филейную часть даже я не спасу. Не в этот раз. Кир напоминает о прошлом. Именно он меня тогда вытянул, когда Станиславский мне наркоту подсунул, и меня конкретно так завернули. Если бы не Кристовский, гнить бы мне в местах не столь отдаленных. Всматривается в мои глаза, проницательный мужик, всегда таким был. Мы с ним давно дружим, странная дружба, которая никогда не могла бы зародиться. Слишком разные, слишком в разных кругах обкатывались, но волей случая пути-дороги сошлись. — По глазам вижу, ты понял, о чем я. Поэтому мой совет – отступись сейчас, Вадим, отступись… поборемся еще… не сейчас… Ухмыляюсь. Кристовский говорит правильные вещи. Умом понимаю. Но сейчас я готов биться насмерть, ведь если победа будет за мной, то Станиславский погорит… — По глазам вижу, Вадим, не отступишься… Жаль, брат… Ты сейчас себе заряженный револьвер к виску приставляешь и крутишь барабан. — Либо пан, либо пропал, Кир, по-другому не играю. Отвечаю, и в кабинете на верхнем этаже небоскреба раздается звонок. Настолько редки звонки на этот телефон, что я не сразу осознаю, что звонит именно он, затем долго рыщу по карманам скинутого пиджака в поисках гаджета, бросаю взгляд на дисплей. Странно. Номер не забит в память. На этот телефон звонят несколько человек. Номер личный. Доступный лишь единицам. Наконец, отвечаю. А затем… Поднимаю ошалелый взгляд на отчего-то подобравшегося Кира, а сам слушаю голос… |