Книга Бей первая, страница 83 – Юля Артеева

Строимся паровозиком и на ногах едем к Диману, вцепившись в куртки друг друга. У подножия горы, конечно, падаем. Возимся в снегу, смеемся.

Малой требует:

— Встаньте, черти! Все кости мне переломаете! Мальвина, ты можешь остаться.

Ловит мой бешеный взгляд и взрывается хохотом:

— Шутка! Чувство юмора имеется, Гильдия?

— Имеется, – ворчу, поднимаясь и помогая Разноглазке. – Знаешь, что еще иметься может за такие шутки?

— Догадываюсь, – радостно скалится этот дурак.

— А кто последним-то прибежал? – интересуется Белый.

— Лана.

— Ой, Мальвина, придется тебе посуду мыть. Переживешь как-нибудь?

— Ага. Не знаю только, как пережить то, что вы такие идиоты.

Раскрасневшаяся, она звонко смеется. Живет. Сейчас живет, на полную катушку, как и хотела. Моя удивительная девочка.

Лана

Мы забиваем на киносеанс и долго катаемся с горки. Боремся, валяемся в снегу, громко смеемся. Я чувствую такое одуряющее счастье, что на пару часов напрочь забываю обо всем. На задний план отходят и родители, и вся моя жизнь. Есть только эта горка, мои друзья, мой Кир. Мое счастье.

В итоге выбиваемся из сил. Щеки красные, руки без перчаток задубевшие, одежда на нас мокрая и тяжелая.

— Погнали переоденемся? – говорит Тим. – А потом ко мне. Родители свалили до понедельника.

— Мальвина, ты придешь?

— Не думаю, что получится сегодня, мальчишки.

Все веселье вышибает из меня разом. Конечно, можно попробовать отпроситься, но после того, как отец видел Кира… нет, он мне точно не поверит. Я резко возвращаюсь в реальность. Мокрые джинсы неприятно липнут к коже. Меня передергивает.

— Может, не пойдешь домой? – тихо спрашивает Разгильдеев, когда мы чуть отстаем от ребят.

Я медленно качаю головой:

— Нужно переодеться перед работой.

— Уверена? Можно зайти к кому-то из нас.

— И что я надену? Твои треники? – заставляю себя рассмеяться.

— Можно взять что-то из маминого шкафа.

— Нет, Кир, это глупости. Схожу домой, переоденусь, ничего не случится.

— Тебя подождать? – он нежно перебирает мои пальцы.

— Не нужно. До смены еще два часа, я успею душ принять, а вы – переодеться.

— Душ принять, – тянет он, с характерной ленцой растягивая слова, а потом улыбается мне совсем по-хулигански, показывая ямочку на щеке.

Я смущаюсь и толкаю его в бок. Разгильдеев в ответ прижимает меня к себе и целует в висок. По крайней мере, между нами снова все хорошо. Значит, и со всем остальным можно будет справиться.

Мы прощаемся на пятнадцатом, и на этот раз Кир едет с парнями, не выходит со мной. Я на этом сама настаиваю, потому что вижу, что в мокрой одежде он мерзнет.

Перед дверью квартиры максимально собираюсь. Отец что-то скажет? Ждет ли меня еще один воспитательный эпизод? Вдруг он уже слишком пьян, чтобы вообще меня заметить? Это было бы лучше всего.

Открываю дверь, сразу настраиваюсь на окружающую обстановку. Впитываю все разом. Родители на кухне, дверь прикрыта. Пока я тихо разуваюсь, меня никто не зовет. Это хороший знак. Или нет?

Иду сразу в ванную, принимаю горячий душ. Смотрю, как вода стекает по моему телу, и представляю, как вместе с ней уходят все мои проблемы. Это помогает немного расслабиться. Я обстоятельно мою голову, но вечно прятаться тут не могу, поэтому в конце концов мне приходится выключить воду, накрутить на голову полотенце и натянуть на себя толстовку, чтобы дойти до комнаты.