Книга Проект по дружбе, страница 72 – Юля Артеева

— Женька, – выдыхает Яр совсем другим тоном, и я понимаю, что выиграла.

Его перестает интересовать и мой телефон, и Долин, и вообще что-либо, кроме меня. Это я чувствую весьма отчетливо. Пытаюсь напитаться этой уверенностью на будущее, потому что знаю, точно знаю, что мне это понадобится.

— Ну падай же, – шепчу я и снова тяну его на себя.

Ярик тихо и коротко смеется, и у него это выходит как-то счастливо. Не успеваю запомнить этот звук, как он, наконец, меня целует.

.. —..

— Фильм закончился, – говорит Яр, кажется, секунд через пять, но я бросаю взгляд на ноутбук и действительно вижу финальные титры.

— Да, – подтверждаю, касаясь своих губ пальцами.

Он прослеживает мой жест и спрашивает, пытаясь сдержать улыбку:

— Печет?

— Печет.

— Понравился фильм? – на его лице появляется самая хитрая усмешка, какую я только видела в жизни.

Я киваю, и уголки моих губ тоже неотвратимо ползут вверх.

— Понравился. А тебе?

— Лучший фильм, который я смотрел.

— Или не смотрел.

— Или так.

Моя улыбка очень быстро меркнет. Мы лежим друг напротив друга, повернувшись на бок. И я внимательным взглядом скольжу по его лицу.

— Что не так? – тут же реагирует он.

— Ничего.

— Классика, – он хмыкает. – Ничего не случилось, а смотришь так, как будто мучительно меня убиваешь.

— Ты за Долина меня при каждой возможности треплешь, а сам?

— Мне никто не названивает, не заметила?

— А раньше? Сколько раз ты вот так фильм пропускал?

— Жень, – он убирает волосы мне за ухо и гладит по щеке, – «вот так» вообще ни разу.

Осознаю, что голосом выдаю, насколько важно мне это слышать, но все же спрашиваю:

— Честно?

— Честно.

Яр крепко меня обнимает, упирается подбородком мне в макушку и закидывает сверху ногу.

— Такого у меня никогда раньше не было. Хочу тебя обнимать бесконечно и так крепко, как ты и не выдержишь. И целовать хочу постоянно. Никогда так долго не целовался, а мне все мало. И Долина твоего убить хочу.

— Он не мой, – бормочу ему в шею.

— Еще бы.

Вытягиваю губы трубочкой и касаюсь его горячей кожи. Чувствую, как меняется его дыхание. Все еще сложно поверить, что это из-за меня.

— Же-ня, – произносит Ярик глухо и по слогам.

— Что?

— Я не знаю. Ты зачем такая?

Смеюсь и трусь носом о его шею. Выдаю упрямо:

— Ты говорил, что я заучка. Что я тощая и душная.

Рукой он закрывает мне рот и кричит:

— Все! Все! Прости. Я дурак, Жень. Но и ты меня как только не называла.

— Беру свои слова обратно, – отвечаю, как только он убирает ладонь.

— Да, только новых мне не отсыпь.

— Этого я обещать не могу.

Ярик садится и снимает свитшот, кидает его на пол. Видит мой настороженный взгляд и поспешно поясняет:

— Жарко же.

— Ну да.

— Жень, ты боишься?

Я протягиваю руку и хватаюсь за край его белой футболки:

— Да. Обними меня, страшное чудовище.

Шмелев ложится и послушно прижимает меня к себе. Становится тепло и спокойно. По крайней мере, пока я настойчиво выталкиваю из головы ненужные мысли. Но через какое-то время я все-таки спрашиваю:

— А что мы будем делать с проектом?

— Жень, сейчас это вообще не важно.

— А когда будет важно? Завтра?

— Нет, завтра тоже.

Я начинаю беспокойно возиться, пытаюсь посмотреть ему в глаза. Ярик дурачится и отворачивается от меня.

— Яр! Шмелев, блин! Это мне важно, понимаешь?

— Ну что ты хочешь, Жень? Давай докажем в практической части, что дружба между мужчиной и женщиной невозможна.