Книга Фол последней надежды, страница 9 – Юля Артеева

— Петляй, чтобы не поймали, — подмигивает мне Ваня.

На секунду теряюсь. Я не дура, чтобы принять это за флирт, но кажется, что это чуть больше, чем он демонстрирует по отношению ко мне обычно.

Щеки тут же вспыхивают румяцем, а я неуверенно улыбаюсь и смотрю на него без налета искусственного пренебрежения.

— Гром! — раздается высокий голос откуда-то сбоку.

Толкая меня плечом, к Ване кидается Алена. Его девушка.

Короткая вспышка ревности слепит. Не вижу ничего, кроме рисованного сердечка, которым он украсил ее контакт в телефоне. Приоткрыв рот, вбираю в себя воздух.

— Гром, как круто, что я тебя поймала перед отъездом! — на высоких тонах тем временем проговаривает высокая брюнетка.

— Я бы тебя сам поймал, — отвечает Ваня, и глубокие интимные нотки в его голосе заставляют меня отвернуться.

Не хочу смотреть. Никогда больше не хочу на это смотреть.

Поэтому, неосознанно наморщив нос, я чуть подаюсь назад от этой яркой демонстрации чувств. Взмахиваю рукой в сторону брата и говорю:

— Увидимся, чемпион.

Он кивает, а я ухожу вперед по коридору, слепо пялясь перед собой. Ненавижу такие моменты за то, что мне сложнее всего удержать себя и чертей, что живут в моей голове.

Достаю телефон и пишу Арине.

Субботина Ангелина: Ненавижу имя Алена

Абрикосова Арина: Ага. А еще имена Даша и Лера?

Субботина Ангелина: Эти поменьше. Но дочку свою я так точно не назову!

Абрикосова Арина: Суббота, ты ненормальная. С уровнем любвеобильности твоего Вани, у нас скоро закончатся женские имена.

Субботина Ангелина: Он не мой, и у него было всего три девушки. Гипс сняли?

Абрикосова Арина: Сняли, наконец могу почесать руку, такой кайф!

Субботина Ангелина: На игру придешь?

Абрикосова Арина: Конечно, ты ж без меня не справишься.

Субботина Ангелина: Дурочка.

Абрикосова Арина: Ага, с переулочка. Все, мне некогда, увидимся *смайлик сердечка*

Шумно выдыхаю и прячу смартфон в рюкзак. Этот смайлик теперь бесит меня примерно так же, как имя Алена. Скорее бы они уже расстались, сил нет никаких.

— Анж, — слышу за своей спиной и против воли передергиваю плечами.

Так меня зовет только один человек. Вездесущий и временами раздражающий Сережа Акостин. Он хороший парень, но это его «Анж» меня просто с ума сводит.

— Привет, — улыбаюсь, притормаживая, — почему на первом уроке не был?

Он говорит нарочито безразлично, но вижу, что рисуется:

— Меня Мария Константиновна отправила к завучу, решали по свету и музыке к последнему звонку.

— А этим у нас разве не культорги занимаются?

— Их в школе не было, знаешь же, как поздно приходят, а техник на праздник наемный, приехал раньше времени. Пришлось выручать, — последнее выдает с откровенной гордостью.

— Молодец, — хвалю его будто вынужденно.

— Да ерунда, надо же было помочь.

Я киваю и отворачиваюсь. Помочь — это про Серегу. Он всегда всем охотно помогает, а потом так же охотно об этом рассказывает. Как будто бы без Акостина никто в этом мире не справится ни с единой проблемой.

— Как алгебра?

— Трояк схлопотала.

Сережа кладет руку мне на плечи и притягивает к себе:

— В смысле? Как так вышло?

— Не сделала домашку и как-то растерялась. Да и в теме не разобралась толком в прошлый раз.

Мы подходим к кабинету химии, я окидываю взглядом все подоконники поблизости, они заняты. Так что я просто сползаю вниз по ближайшей стене и усаживаюсь на пол. Акостин приземляется рядом со мной.