Книга Говори обо мне гадости!, страница 29 – Анна Долгова

Стало стыдно. И ей тоже.

Она опустила взгляд и тяжело задышала, стараясь выровнять дыхание.

— Я, наверное, еще слишком мал, чтобы понимать подобные ссоры, — неуверенно бормочет Рома. — Пойду-ка я к себе.

Ромка ушел. Мы с Леной молчали еще минуты две. Я мужик. Мне и разгребать все, что устроили.

— Лен, — я взял ее за руку, стараясь говорить спокойно, — я правда хочу, чтобы вы стали моей семьей. И если ты боишься, что свалю я, поехали сразу в Москву ко мне. У меня там дом большой.

— Ты издеваешься надо мной?! — она опять начинает причитать, но руку свою не вырывает.

— Почему?! Ромке все равно скоро некуда расти будет здесь. А он парень способный. Нам через пару лет переезжать придется. Так поехали сразу.

— Давай закроем эту тему. Раз и навсегда, — с какой-то грустью говорит моя королева.

Лена встает из-за стола и подходит к окну. Смотрит вдаль и думает о своем.

Я не привык отступать.

Подхожу к ней, кладу ладони на плечи. Она не дергается, что дает мне больше уверенности. Я обнимаю ее за плечи, утыкаясь носом в макушку. Смотрю в окно.

Обычный двор. Ребятня бегает на детской площадке. Их родители кучками собрались рядом и о чем-то мило беседуют. У некоторых в руках по бутылке пива. Типичная идиллия.

— Уходи, — слышу тихую просьбу.

Понимаю, что говорит она не то, что хочет. А то, что нужно мне сейчас сказать.

Хорошо. Не буду давить сейчас.

Поцеловав в макушку, шепчу ей на ухо:

— Подумай хорошенько. И помни: я не отступлюсь, — ухожу.

Уже пятница. А меня до сих пор трясет. Еще с понедельника. Что этот москвич себе придумал?! Думает, что я девка, которая при виде крутого мужика сразу разбегусь и в койку прыгну?! Сама. Сама подставлюсь. Или еще лучше: все сделаю сама! Ну а как же! Он же чемпион! Сам Арсеньев Владислав! Город у нас небольшой, поэтому активную его деятельность в спортшколе обсуждают абсолютно все, кому не лень. Иногда невозможно во двор выйти!

Мы с Ромкой помалкиваем, что этот чемпион теперь наш личный тренер. Поскольку, если кто-то видел его возле нашего дома, поползут неприятные слухи. Их я боюсь больше всего. Не за себя, а именно за Ромку! Не должен мой сын страдать из-за тщеславия самодовольного москвича. А еще из-за полигамности неугомонного мужика!

Но Ромка меня сегодня утром огорошил. В очередной раз…

Оказывается, когда они с Арсеньевым во вторник поднимались к нам, их видела Людмила Ильинична. Сама себе удивляюсь, почему эту склочную женщину я зову по имени и отчеству. Все давно ее кличут Ильиничной или «бешеной звездой». Не знаю, откуда у нее появилось это прозвище. Я его с детства знала. Вот знала же… И все равно вляпалась! Нет бы стороной обходить эту семейку.

Сейчас же становится странным, почему эта бешеная бабушка не язвит на тему чемпиона? Может, она не знает, кто был мужчина, который поднимался к нам в квартиру с цветами и тортом? Лучше было бы, если и я жила в подобном неведении.

Велев Ромке не связываться с милой, но полоумной старушкой, отправилась на работу. Ромка следом за мной пошел в школу.

День шел своим чередом. В очередной раз позвонил в обед Леня. Он звонил ежедневно, вот только радости от его звонков я не испытывала. Отбивалась дежурными фразами. Привет-пока, как дела, скучаю и жду. Я лукавила, поскольку не ждала. В эту его поездку у меня ум за разум заходит от нахлынувших проблем. Поэтому я даже не спрашиваю, когда он приедет уже из командировки. Раньше я скучала немного. Сейчас не до скуки…