Книга Плохой. Отныне ты моя, страница 106 – Ника Княжина

Он тот, кто отправил меня в пекло. Тот, кто разрушил мою жизнь полгода назад. Но он и тот, кто может меня вытащить из этого дерьма. Вытащить мою жену. Остальное всё не важно.

Да и доля благодарности за пинок под зад где-то тлеет во мне. Я бы не был тем, кем стал, если бы он не вмешался тогда. Не было бы Саши возле меня. Не испытал бы я это чувство, которое все кругом называют… любовью.

Я набираю номер.

Сигналы идут долго, будто проваливаются куда-то в бездну. Каждая секунда тишины в динамике отзывается мощным ударом по моим натянутым нервам.

И наконец-то он поднимает трубку.

— Алексей Николаевич Тенин, — произносит ровно.

Будто вовсе и не удивлён моему звонку. Словно ждал, что спустя столько времени я сделаю это. Хрен там. Если бы не случившееся… никогда бы с ним не связался.

— Он самый, — произношу я. Выпускаю дым. Продолжаю с усилием, заставляя себя произнести следующую фразу: — Мне нужна помощь… Князев*.

На том конце возникает короткая пауза. Её хватает для того, чтобы я снова затянулся. Невыносимо быть в этом статусе просящего.

— Ситуация, — выдаёт одно единственное слово.

Что-то вроде «докладывай», если перевести на человеческий язык. Сколько пересекались с этим Никитой, никак не мог понять его манеру общения. Будто какой-то робот, не умеющий чувствовать.

Хотя, может быть, так и есть.

Сын криминального авторитета. Князя. Это имя мне вбили на подкорку, когда мутузили до состояния потери сознания. Но вспоминать былое не хочется. Что было, то прошло. Люди Князя сработали чётко. А это именно то, что требуется мне сейчас.

Да и в любом случае не мне судить, как живёт Никита и что за треш происходит вокруг него. И… родственников, как известно, не выбирают.

Я сжимаю телефон так, что трещат костяшки пальцев. Смотрю на огонёк сигареты, тлеющий в темноте.

— Мою жену похитили. Сегодня. В городе. Возле университета. Местная шпана, с которой у меня был… конфликт. Машину видели. Отец работает по своим каналам. Но времени… времени нет, — выдаю я максимально спокойно, но, блядь, это вам не прогноз погоды зачитывать. Это жизнь. Моя. И мои грёбанные проблемы. — Мне нужны твои люди, твоя сеть. Твои глаза и уши. Мне нужно знать, где они, прежде чем… прежде что-то случится.

Ещё одна пауза. И звук. Будто он уже печатает что-то на клавиатуре.

— Конфликт. Предыстория, — говорит он.

Всего два слова. Он знает, что в мелочах кроется всё. И мне приходится вывалить и это. Я вкратце, сухо, как рапорт, излагаю суть: кража в квартире, гараж, вчерашний погром, недобитые козлята. Не упоминаю Мира. Это не его дело.

— Хм, — раздаётся на том конце. Это «хм» звучит как приговор. — Глупо. С их стороны. Отчаянно и глупо. Возможно, у них появился новый… мотиватор.

От его слов по спине пробегает холодок. Новый мотиватор. Кто-то, кто натравил их на Сашу. Кто-то, кому было нужно именно это. Но у меня в голове ноль идей. Может есть какой-то глава банды, которого не было вчера среди этой шпаны?

Вполне возможно. Когда они щёлкали свои семечки на скамейке, кажись, их больше было. Но я хз, не высчитывал же их специально.

— Что мне делать? — спрашиваю я, проклиная себя в очередной раз за это гадкое ощущение беспомощности.

Опять надежда не на себя, а на кого-то со стороны. Теперь на мафию. С одной стороны, прокурор и правосудие. С другой — мир в тени. Те, кто по другую баррикаду. И я готов принять помощь и от тех, и от других.