Книга Плохой. Отныне ты моя, страница 98 – Ника Княжина

— С новым знакомым. Неплохой парень оказался.

— Ты дрался… с новым знакомым? — переспрашиваю заторможено.

Стоп. Я выпила всего лишь стопку коньяка. Я ведь соображаю, что он мне говорит. Правда же? Это не сон? Протягиваю руку и касаюсь Лёшиной груди. Под ладонью бьётся его сердце. Твердо, уверенно. Спокойно.

— Мне бы не хотелось погружать тебя во всё это. Давай остановимся на том, что я нашёл интересного партнёра для спаррингов. Будет весело.

Я глупо хлопаю ресницами и не нахожусь, что на это ответить. Мужской мир — это что-то на недоступном мне языке. Нашёл с кем кулаками помахаться? Великолепно, что уж тут скажешь.

Решаю тогда пойти по другому пути.

— Ладно. Этот знакомый же не один из тех ребят, которые обожают грызть семечки у нашего подъезда, да?

— Да, — смеётся. — Он совсем из другой тусовки. Но, правда, Саш, расслабься. Эта шпана больше не будет нас доставать. Я всё решил. И… у меня есть план.

— Какой?

— Завтра я начну поиски нового жилья. Мы больше не вернёмся в ту квартиру.

Лёша подтягивает меня к себе и целует. Хотелось бы верить, что не вернёмся. И что всё разрешилось. И ещё я всей душой надеюсь на то, что больше никогда в жизни не услышу этого… «сладуся».

— Я вообще выпала от его истории, так хотелось надавать ему по голове! — ворчит Яра и закатывает глаза.

Но я снова дёргаю её за рукав толстовки. Привлекаю к себе внимание подруги. Мой безобидный вопрос (ну почти) о вчерашнем вечере вызвал у Яры какой-то нервный срыв. Она начала вопить, что парни идиоты, а Белого вообще нужно сдать в психушку. И вообще они нам обязаны теперь курорт в санатории, чтобы мы в себя пришли.

— Яр, сосредоточься! — ещё сильнее дёргаю её за одежду. — Расскажи, прямо поэтапно. Что там было?

Лёшка ведь мне зубы заговорил, ничего не рассказал. Ну точнее он просто меня переключил на более интересные дела, никак не связанные с диалогом. Разве что «диалог телами» это всё назвать.

Стоп. Не надо думать о том, как мы нахулиганили в квартире папы. Мне так утром стыдно было выходить после страстного ночного марафона на кухню и пересекаться с отцом, который, возможно, что-то не то слышал.

Неловкость зашкаливала. Я краснела. Один Лёша, как всегда, был спокоен как скала. Но хоть шуточки свои фирменные не отпускал.

— Короче, эти придурки пошли втроём на банду из семерых, прикинь!

Я ахаю и прикрываю рот ладонью. И вроде знаю, что всё обошлось, закончилось благополучно, но всё-таки как-то не по себе думать обо всём этом. Мужские разборки. Капец какой-то. Зачем они полезли на семерых? Ну поговорить нельзя было?

Или в полицию обратиться! Это ведь вообще самый разумный вариант бы был!

— В итоге только начали угрожать расправой, как приехали какие-то байкеры. Их там пять штук было, — продолжает торопливо выдавать сведения подруга.

У меня внутри всё в лёд превращается. Того гляди, стану снежной королевой без сердца. А как выдержать эти волнения? Лёша, блин. И главное, ничего не сказал, будто всё легко и просто прошло. А получается, что вообще ничего лёгкого! Получается, там ещё какая-то банда вырисовалась!

Вон оно как всё было…

— Лёшка твой бился с главарём байкеров, чтобы определить очерёдность, кто первый будет бить тех семерых, — морщится Яра.

Чего?! Это что вообще такое? Хм. В смысле, очерёдность избиения воришек определяли? Это как-то ненормально…