Книга Хочу тебя... С любовью, бывший!, страница 54 – Айрин Лакс

— Мама?! Мама, что творится?! Ты так кричишь… Тебя даже из лифта слышно, мама! — звучит с укором.

Настя меняется в лице и… хватается за дверную ручку, побледнев, как мел.

Я медленно оборачиваюсь.

На лестничной площадке стоят Ангелина и Толик, держатся за ручки. Подмышкой у моего друга — букет, явно предназначенный для будущей тещи, в руках у Ангелины — какой-то подарок.

Судя по огоньку, мелькнувшему в глазах Ангелины, она кое о чем догадалась, но Толик, сияя, не сразу догнал и на автомате, наверное, выдал:

— Здрасьте… мама!

— Какая я тебе… мама… — пробормотала Настя и покачнулась.

Ебать… Я едва успел подхватить ее бесчувственное тело.

— Насть… Настенька, ты чего, а?! Что случилось? — придерживаю.

Мы все заваливаемся в квартиру.

— Настенька?! — переспрашивает Ангелина, воскликнув. — Зашибись! А я так и знала, что у мамы кто-то появился! Но не подозревала, что этим «кто-то» будешь ты, Иван! — скривилась.

— А что со мной не так?! — огрызаюсь. — Скорую! Скорую вызовите… Что же могло случиться?!

Ангелина побежала за аптечкой, и через миг в воздухе запахло нашатырным спиртом.

Тем временем друг поднимает папку и изучает ее содержимое, выдав:

— Охренеть, Вано… Ты еще спрашиваешь, что же могло случиться? Я так понимаю, все, что не могло случиться… Уже случилось! — заявляет Толик, махнув у меня перед носом черно-белой бумажкой.

Друг выглядит удивленным, обращается к своей ненаглядной рыжей:

— Зашибись, Геля… Тебе скоро братишку подарят или сестренку…. Гыыы! — ржет Красавин. — А мы сегодня точно такой же снимок узи получили. Только нашей ляльке поменьше, да?!

Парочка разглядывает бумажку.

Снимок.

Снимок узи?!

— Однозначно, поменьше, — отвечает Ангелина. — У нас совсем кроха, а тут… Обалдеть! Уже целый человечек!

Настя тем временем приходит в себя, вяло шевельнулась у меня на руках. Я сжимаю ее покрепче и все-таки не могу сдержаться, поняв, в чем меня обвиняют.

— Какого… хуя?!

— Я тоже хотела тебя об этом же спросить… Отпусти!

Настя отталкивает мои руки, присев.

— Ты осторожнее, слышь? Куда так резко собралась?! — притягиваю ее к себе.

— Отпусти! Хватит! Видеть тебя не могу… Какого хрена ты мне соврал?! По-твоему это смешно и классно — быть беременной в сорок семь?! Я от позора умру… И аборт делать уже… поздно! К сожалению… — добавляет с горечью.

Мы молчим.

Все молчим…

Настя поднимается и, пошатываясь, тихонько направляется к себе в комнату.

Толя и Ангелина переглядываются.

— Подождет новость, что мама станет бабушкой, — вздыхает Ангелина. — Да?

— Ага. По ходу… Подождет! — Толик качает головой и смотрит на меня. — Ты же говорил, что бесплодный. По пьяни мне признался. С видом трагическим. Просил никому никогда об этом не говорить. Спиздел, что ли?!

И тут до меня дошло.

Так дошло, что нашатырь понадобился уже мне…

Анастасия

Позднее

— Мам, к тебе можно?

— Ты уже вошла, — отвечаю из-под одеяла.

— Ага. Протиснулась…

Ангелина скользнула в комнату.

— Шторы открыть?

— Не стоит. Пусть так будет. И я хочу побыть одна.

— Да, я понимаю.

— Нет! Ничего ты не понимаешь! — срываюсь на злой, противный шепот, больше похожий на свист змеи. — Позорище… Ненавижу…

— Мам… Ты… В шоке… Мы все в шоке… Иван — тоже.

— Ага. Пиздабол, — не сдержалась. — Господи, как курить хочется…