Книга Даже не сомневайся, страница 56 – Юлия Резник

— Испугалась?

— Вы видели?

— Видел-видел. Здесь есть черный ход?

— Да, а что вы хотите?

— Уйти, — усмехается Хасан. — Сейчас нагрянут менты, ты же не хочешь, чтобы нас привлекли в качестве свидетелей?

— Н-нет, но ведь на улице камеры!

— Они временно отключились.

— Да? — я хмурю брови и до боли вглядываюсь в его глаза. Откуда он знает? Почему так уверен, что преступление не попало на записи?

— Короткое замыкание. Бывает, — не отводя глаз, говорит он.

Я растерянно на него пялюсь, перевожу взгляд на дом на противоположной стороне улицы, зияющий провалами окон… Сглатываю. Мысли путаются в голове. Знаю ли я, кому принадлежит магазин напротив? Да. Может ли это как-то быть связано с тем, что происходит с моим бизнесом? Без понятия. Если только наши магазины перепутали. Или если…

Хасан не дает мне додумать — берет меня за руку и увлекает в темноту подсобных помещений. На улице к этому моменту уже вовсю ревут сирены полицейских машин.

— Постой, — мямлю я, — ты ничего не хочешь мне объяснить?!

— Ты, вы… — усмехается в полутьме мой спутник. Я резко останавливаюсь. Он тоже. Как он почувствовал, что в противном случае сшибет меня с ног? Понятия не имею. Возможно, у него есть дар видеть в темноте. Мое сердце начинает биться ещё быстрее. Дрожа как осиновый лист, откидываюсь в его руках… В груди разрастается странное, предательское облегчение.

— Я ничего не понимаю.

— Испугалась? — он обвивает меня со спины, укладывая ладонь на живот, и повторяет вопрос, на который я так и не ответила. Отчаянно трясу головой, мол, да. Почему-то ему не стыдно признаться.

— Не надо. Всё будет хорошо, — говорит негромко. — Тебе ничего не угрожает.

— Откуда ты знаешь?

— Скажем так… Твоим обидчикам напомнили, что нельзя обижать девочек.

Мои скулы сводит, глаза выедает солью, внутренности будто стягивает жгутом. Я открываю рот, чтобы сказать ему спасибо. Просто спасибо, за то что оказался рядом, за то что мне позволено побыть слабой… И не произношу ни звука.

Его ладони оказываются у меня на плечах — горячие, уверенные. Хасан вжимает меня в себя так, что я слышу размеренные удары его сердца. И всё, что накипало весь день — проверки, звонки, тревожное ощущение, что кто-то дергает ниточки моей жизни — всё это вдруг находит выход. Я поднимаю руки над головой, обхватываю его шею и, повернув голову в полупрофиль, касаюсь горячих губ.

— Дурочка. Пожалеешь потом.

— Ну и пусть.

Он хмыкает. И теперь уже его губы накрывают мои.

Да, это абсолютно неправильно. Ни одна приличная замужняя женщина не допустит такого, а я не могу себе отказать. Мои страхи рядом с ним успокаиваются, а тело, наконец, перестаёт быть моей тюрьмой.

Мы на ощупь уходим вглубь зала. Ему хватает одного взгляда, чтобы вспомнить, где находятся удобные диваны в примерочной. Я смеюсь… Немного нервно, но с облегчением. Тело ходит ходуном. Каждое касание остается на коже ожогом.

— Что?

— У тебя холодные руки, — шепчу ему в губы. Хасан согревает ладони дыханием и касается меня снова:

— Так лучше?

Да где там, господи. У меня кругом голова… Я таких эмоций отродясь не испытывала. Когда от мужика натурально трясет. И кажется, умрешь, если он передумает.

Я не знаю, когда именно переступаю черту, где заканчивается страх и начинается что-то иное. Наверное, в ту секунду, когда его руки оказываются на моих щеках, и я чувствую, что его тоже колбасит.