Книга Я так долго тебя ждал. Довольно, страница 116 – Эми Лия

Хватка на моей шее ослабла. Его взгляд очертил каждую черточку моего лица, но не так как прежде. Он смотрел на меня как на неодушевленный предмет, как на вещь, что когда-то вызывала в нём спесь ярких эмоций, желания и обожествления, и вдруг, за короткий миг, потеряла все своё обаяние, превращаясь в обычный ширпотреб, который хочется засунуть в дальний ящик, чтобы не позорится, и изредка доставать, чтобы снова убедиться, ради какой пустышки, были потрачены огромные ресурсы.

Он шёл спиной к двери, безразлично наблюдая, как по моим щекам стекают горькие слезы, и я захожусь в истеричном крике, желая остановить его. Попросить прощения. Объясниться.

Он не понял, потому что я не смогла сказать ему все.

Я была раздавлена, я потеряла его.

Я побежала за ним. Содрала этот ужасный плед с кровати и спотыкаясь, кинулась за ним следом.

Когда между нами оставались считанные шаги, он развернулся, но не поймал меня в объятия, а увернулся как от бешеной фанатки, мои руки снова оказались в тисках его ладони и заломлены за спиной.

Резкий удар от соприкосновения моего тела со стеной.

Шепот, полный ненависти над самым ухом.

— Мне плевать, что тебя сподвигло на измену. Мне плевать, что он тебе пообещал. Ты ебала мне мозг, за измены и я выкинул всех шлюх из своей жизни. Только… осталась ещё одна — Ты.

Он отшвырнул меня как мешок, закрыв перед моим носом дверь. Марк шёл к машине, недовольно поглядывая в пустую пачку сигарет. Дурная забава превратилась в проблемную привычку, от которой парень был не в силах избавиться, конкретно подсаживаясь на крепкий табак.

За те несколько часов проведённые вместе, он выкурил её всю. По комнате валялись окурки, он выкидывал их прямо под ноги, не заботясь о чистоте, этого Богом забытого места.

В груди свистела бурлящая лава, обжигающим ручьём омывающая все органы отвечающие за чувства.

Я была сломлена. Унижена.

Гордость твердила мне, что я должна поднять голову и перестать задыхаться от гребаных слез по ублюдку, который испортил меня. Испортил мой первый раз, навсегда оставив страшные воспоминания о близости, о тех словах, что били больнее, чем разрушительные удары. О его прикосновениях, которые граничили с болью, но умело лавировали на тонкой грани с удовольствием.

Я ненавижу его. Ненавижу.

Но….

Я вновь сорвалась с места.

— Стой, идиотка. — кричала моя гордость.

Я снова бегу за ним. Колючий ветер впивается в израненную кожу.

Дергаю ручку двери его машины, хаотично пытаясь её распахнуть и сесть рядом с ним.

Дверь не подаётся.

Машина начинает трогаться, а я… я прошу, нет, умоляю его взять меня с собой. Стучу в его окно, раскрытой ладонью, ощущая, как оно отползает вниз.

— Убери руки и возвращайся в мотель. — его голос полон яда, кажется мне совершенно незнакомым и чужим.

— Я не останусь тут. Возьми меня с собой. — я протянула руку в приоткрытое окно, чтобы потянуть рычажок, блокирующий дверь, как окно начало стремительно подниматься, больно прищемив мне пальцы.

— Больно. Что ты делаешь? Марк, прошу…

— Мне похуй, что тебе больно. В своей машине, шлюх не вожу, ты первая, на тебе и кончим.

— Мы далеко от города, у меня с собой нет вещей, я не доберусь до дома без тебя…

Он жёстко ухмыльнулся, от чего меня кинуло в резкий холод, и боль от ушибленных пальцев отошла на задний план.