Книга Ты не опоздал, страница 8 – Дарья Волкова

— Ничего вкуснее никогда в жизни не ел! — Богдан широко распахивает до этого зажмуренные глаза. — Невероятно. Ариш, ты просто волшебница!

Я тут же смущаюсь, растекаюсь, начинаю разглаживать штаны на коленях. И упускаю момент, когда Богдан вытягивает руку. И касается моей. Не просто касается, тянет к себе, наклоняется. И под Сашкин смех целует мне руку!

— Тамбовский, сейчас руки не целуют. Не то время.

— А я целую. Целуют, если хочется. Если человек этого заслуживает.

Он разжимает пальцы, и я выдергиваю руку. Чувствую, что щеки пунцовые. Взгляда на Богдана поднять не могу. Понимаю только одно — прикосновение его губ к своей руке, его слова — все это я буду смаковать потом. Одна.

— А я что, не заслуживаю? — вклинивается крыса.

— Заслуживаешь.

И тут я все-таки поднимаю взгляд. Чтобы увидеть, как Богдан так же притягивает к губам руку белобрысы. И целует.

И теперь совсем нет сомнений, с кем пришла эта крыса. Не с Сашкой, увы.

Эй, это только мне! Это же я пекла торт! Она-то тут при чем?! А она манерно надувает губки и не торопится убирать руку. Богдан сам возвращает ее руку на стол.

— Давайте есть торт. Мне точно будет нужна добавка.

— Много сладкого есть вредно, — крыса не унимается. — От этого прыщи бывают.

— У меня не бывает, — Богдан отправляет еще кусок торта в рот, снова жмурится от удовольствия.

— Так это у тебя, — сладко тянет крыса. А потом оборачивается ко мне и с приторной и будто сочувствующей улыбкой добавляет: — Арина, хочешь, я скажу тебе, каким кремом пользоваться?

— Я сама знаю, какой крем надо. Крем тут строго по рецепту.

Что ты лезешь? Крем вообще идеально получился! Да, ягоды были бы кстати, но и без них все отлично.

— А я не про крем для торта. Я про крем для лица. Ну, чтобы не было… — она выразительно шевелит пальцами возле лица. — Ну, не было… этого.

Этого — это прыщей. Меня опять обсыпало. Вся в красную пятнышку. Это от сладкого — так считаю я. Это возрастное — так утешает меня мама. В любом случае, это меня ужасно угнетает, и я стараюсь лишний раз в зеркало не смотреть, хотя все делаю, чтобы избавиться — умываюсь, использую специальные средства, часто меняю наволочку и стараюсь не есть сладкого и мучного. А как не есть, если ты печешь?! Вот и я напробовалась с этой «Молочной девочкой», после чего меня и обсыпало. Обидно, хоть плачь.

Сейчас хочется. Резко и почти неудержимо.

Ну да, я вся в прыщах, волосы привычно скручены в гульку, в домашней футболке и штанах. А эта крыса сидит напротив, такая…

Хорошенькая. Ну, это надо быть слепой, чтобы не заметить.

У нее прям кукольная внешность, лицо сердечком, губки бантиком, глазки лисьи, светлые локоны. И фигурка аккуратная. Я на фоне ее чучело!

Отворачиваюсь. Не помогает. Встаю, начинаю греметь шкафами, достаю зачем-то сахарницу.

— Слушай, ты просто в этот раз саму себя переплюнула, — слышится неловкий голос Сашки за моей спиной. В руку мне тыкается пустое блюдце. — Давай мне еще добавки, я все съел. И прыщей не боюсь.

— И мне, — это Богдан.

Крыса молчит. Она тут уже наговорила! Я нарезаю торт. У меня получилось не заплакать, я молодец!

Блюдца с тортом отдаю, не оборачиваясь.

Все, мой кулинарный триумф испорчен с концами. Доедайте торт, забирайте свою ручную крысу и убирайтесь! Я хочу остаться одна и всласть порыдать.