Книга Контракт на любовь, страница 303 – Светлана Серебрякова

— Шэйн Ска… Басскет. – Запинаясь, мужчина представился.

— А я - Шарлотта Хиддлстоун. Но зовите меня Чарли.

— Хорошо, Чарли, как скажешь.

Шэйн широко улыбнулся, показывая щербинку между верхними зубами. От внешних уголков глаз при этой открытой улыбке разбежались тонкие лучики морщин. И снова что-то едва уловимое, но такое знакомое промелькнуло в его взгляде, но вот только что, Чарли понять не могла. Улыбка, глаза… Что-то такое родное было и в Тери, и в этом мужчине; она где-то уже видела и этот разрез глаз, и их цвет, и улыбку. И то, как вились на концах волосы у Шэйна.

— Я займусь ужином, - Эстер обняла мужа, но не сводила глаз с девушки, - А ты, милый, покажи Чарли дом. Да, и я предлагаю не накрывать стол в столовой, давайте посидим на кухне, по-семейному. Детка, ты не против?

— Что? – Чарли только сейчас сообразила, что так Эстер обращается именно к ней. «Детка». Так мама иногда называла её. – А, да, конечно. И я помогу вам.

— Не сегодня. Сегодня отдыхай. Шэйн, ты не представляешь, какую работу уже проделала эта девочка на ранчо! Уверена, ты только начни расспрашивать её, и она все тебе расскажет.

— Значит, «Тихий ручей» обретет вторую жизнь? – Шэйн широким жестом предложил Чарли присесть на диван. Но она предпочла совершить небольшой экскурс по комнате, рассматривая фотографии на каминной полке. Немногочисленные фотографии. – Почему такая женщина, как вы, вдруг решила заняться судьбами трудных подростков?

— Что, простите? – Чарли остановилась у столика со снимками и взяла в руки одну рамку. Отец семейства обнимал двух маленьких мальчиков. Старшему лет шесть, не больше. Смешная прическа. А вот улыбка… и такая же щербинка, как у отца. Если бы снимок не был черно-белым, она могла бы поклясться, что и глаза у старшего мальчишки голубые. А вот у младшего карие. – Нет, я не… - она поставила рамку на место, - «Тихий ручей» будет Центром поддержки для женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Семейная тирания, это понятие вам знакомо?

— Только понаслышке. Мне и в голову никогда не приходило поднимать руку на жену или сыновей. Хотя, думаю, на старшего и стоило бы.

— Могу я спросить? – Чарли повернулась к Дэвиду, но обхватила себя руками. Что-то тут явно было не так. - Почему я не вижу ни одной фотографии ваших сыновей уже в старшем возрасте?

— А, видите ли, - Дэвид почесал затылок. И снова этот жест показался Чарли таким знакомым, - они не позволяют нам со Эстер этого, говорят, что нечего устраивать иконостас. Вот мы и… только в семейном альбоме. Да, дорогая?

— Что, милый? – Эстер показалась в дверном проходе. – Снимки? Я покажу их Чарли, как-нибудь, в следующий раз. А сейчас идемте к столу и будем ужинать. И мы расскажем тебе о Центре «Тихий ручей».

Мягкий свет освещал пространство над кухонным островком, где за легким ужином сидела компания недавно познакомившихся людей. Чарли охотно рассказала о своем Фонде. Шэйн выслушал девушку, задал несколько вопросов, а потом сказал, что и сам может помочь, и привлечь к этому благому делу не только своих друзей и соседей, но попросить помощи у руководства компании, в которой он работает. А Эстер смотрела на Чарли, слегка наклонив голову к плечу, и все гадала, что же связывало её и Криса? И почему она сейчас здесь, одна? Она недавно звонила сыну, но тот, сославшись на занятость, долго с ней говорить не стал. И их беседа в этот раз носила, скорее, формальный характер, что вовсе на её словоохотливого мальчишку похоже и не было. Дела в порядке, он жив и здоров. Все. И если бы не новостная лента, она и не знала бы, где сейчас находится её сын.