Книга Пробуждение, страница 25 – Екатерина Васина

Норд молча встал и огляделся. Заметив стоявших в одной связке лошадей, коротко усмехнулся.

— Да, я планировала прихватить и твою лошадь, – не смутилась Алана. – Учти, долг я отработала, так что убегу при малейшем удобном случае.

— Вряд ли.

Норд стоял с таким видом, словно прислушивался к чему-то внутри себя. Алана заподозрила, что у него немного не в порядке с головой. Только этого не хватало!

— А почему ты упал? Тебе стало плохо?

— Мне? – Норд словно очнулся. – Мне хорошо, мы никогда не чувствуем себя плохо. Просто я думал.

— В смысле? – не поняла девушка. – Ты лежал и… думал?

— Да, – таким тоном произнес Норд, что Алана проглотила поток вопросов, готовых сорваться с языка. Но не удержалась от возмущенного возгласа:

— То есть я зря тебя спасала?

— Ну почему же. – Норд принялся отвязывать свою лошадь. – Ты показала, что склонна к сиюминутным порывам. Вы, скотинки, странные существа: цепляетесь за какие-то условности, склонны к глупой сентиментальности и прочим вещам, которые делают вас слабыми.

— Может, они, наоборот, делают нас сильнее? – вдруг тихо произнесла Алана. Она запрыгнула на лошадь, стараясь держаться спокойно. Хотя внутри все дрожало от обиды: получается, она выглядела как дура, когда пыталась помочь. Долг какой-то придумала, совесть. А он всего лишь думал! Думал, мать его!

Она погрузила пальцы в лошадиную гриву и едва не дернула ее со злости. Одумалась в последний момент и пожалела ни в чем не повинное животное. К тому же подозрение, что Норд врет, не отпускало. Боги, конечно, существа странные, но не настолько, чтобы, задумавшись, падать с лошади.

— А разве мое лечение не было проявлением слабости? – поинтересовалась Алана, когда они тронулись в путь. Солнце уже стояло высоко, и над степью колыхалось знойное марево. Теперь ночная прохлада казалась благословением. Девушка расстегнула пуговицы рубашки настолько, что еще немного – и декольте могло стать совершенно неприличным. Тонкая ткань прилипла к спине, по шее, под волосами текли струйки пота, и Алана мечтала о ванной или озере, даже ручей бы сошел.

Спутник так долго молчал, глядя куда-то вдаль, что девушка уже забыла о своем вопросе. И даже чуть вздрогнула, когда услышала негромкий задумчивый голос.

— Да, это было проявлением слабости. Твой вид напомнил мне женщину из моей прошлой жизни.

Алана икнула: такого ответа она точно не ожидала и не знала, как реагировать. Любовь – а девушка почему-то была уверена, что Норд имел в виду возлюбленную, – и Боги у нее как-то не сочетались. Это из разряда сказок: милых, наивных и розовых, которые так любят впечатлительные особы.

— Прям так похожа, что ли? – только и смогла она проговорить чуть неловко.

— Вы двойники. – Норд повернул к ней голову. – Но только внешне. Я плохо помню, но, кажется, она была лучшей женщиной на свете.

Он отвернулся и опять уставился вперед, сейчас сильнее обычного напоминая вырезанную из светлого камня статую. Даже волосы словно окаменели. Алана поняла, что тема закрыта и в ближайшее время разговорить Бога не удастся.

Почему-то на душе остался легкий осадок горечи.

А еще на языке вертелось множество вопросов. Под тонким слоем возмущения и ненависти клубилось любопытство. Сказители все же рассказывали услышанное от своих предшественников. И порой Алана подозревала, что многое искажалось. А тут, рядом, ехал тот, кто своими глазами видел прошлую жизнь. Алана бы вцепилась в него бешеным клещом, выпытывая подробности, только сам вид Норда отпугивал подобную идею.