Книга Танец для Феникса, страница 51 – Екатерина Васина

— Тихо!

Фейри всхлипнула, но послушно умолкла. А потом снова обмякла в обмороке. Видар сплюнул и достал мобильник.

— Парк Оффери, есть пострадавшая фейри. В обмороке. Вправо от центральной аллеи, я пошлю встречающего. Спасибо. Ния, ты как?

Последний вопрос относился ко мне. К тому времени я села на травку и как-то вяло слушала шепотки вокруг. Фейри вокруг становилось все больше. Кто-то ахал, кто-то с жадным вниманием прислушивался ко всем репликам. А я не могла отвести взгляда от убитой.

Холодное железо. Опять, как и в случае с Лиадан. Как-то нехорошо все это, очень нехорошо. И зачем сворачивать жертве голову, если удар в сердце и так уже смертельным. У фейри мало шансов даже если царапнуть холодным железом, сразу идет отравление всего организма. А тут сразу в сердце.

По лицу и открытым участкам тела несчастной уже расползались тонкие черные нити. Еще несколько часов и она начнет разлагаться изнутри.

* * *

Ния безумно устала. Видар заметил это еще в полицейском участке, куда их и еще нескольких свидетелей привезли для дачи показаний. К тому времени его фейри вся поникла и совершенно безучастно оглядывала большое пространство вокруг себя. Огромные окна, куча полупрозрачных перегородок, за которыми прятались столы и компьютеры. И, конечно, много народу. Хорошо еще их увели в отдельный кабинет, огражденный от остального помещения прозрачными стенами. И шум не так сильно бил по ушам.

Говорить пришлось, в основном, Видару и еще одному мужчине фейри. Девушки же кто сидел, замкнувшись, как Ния, а кто старался упасть в истерику. Но им вежливо сообщили: либо успокаиваются, либо придется применить успокоительные заклинания. А от них сильно болит голова.

Домой удалось вернуть лишь ближе к трем ночи. К тому времени с Нии начали осыпаться блестки. И она развлекалась тем, что сдирала их по пути домой. В итоге нанятое такси к концу поездки могло похвастаться сверкающим салоном. Видар к оплате еще присовокупил щедрое вознаграждение «за чистку салона». И потащил Нию домой, где усадил на кухне и налил коньяк.

— Пей.

— Ненавижу алкоголь.

— Ага, — покивал Феникс, — я это заметил. Ты его ненавидишь и стремишься уничтожить, выпивая бутылками.

В темных глазах мелькнуло раздражение. Ну Слава Природе, а то уж он было забеспокоился. Ния, прежде напоминавшая бешеный огонек, сейчас выглядела тусклой и потерянной. Все же смерть собратьев на фейри действует очень сильно. Напоминает им, что они далеко не всесильны. Бьет по самолюбию.

Коньяк его женушка пить не стала, а вот вопросы задавать начала. Откинулась на спинку стула, обхватила себя за плечи и проговорила задумчиво:

— Холодное железо… снова оно. Мою подругу тоже убили вот так. Но зачем их уродовать? Лиадан изрезали так, что места живого не осталось, а этой фейри свернули шею и разодрали платье.

— Месть? — предположил Видар. — Ты заметила еще кое-что?

— Они обе Благие. Золотые волосы, синие глаза. Типаж.

Феникс по-новому посмотрел на Нию. Надо же, заметила. То, что она не дура, но понял сразу. Но оказывается еще и внимательная не дура.

— Может, кто-то имеет зуб на Благих? — предположил, наблюдая как Ния сдирает с руки остатки чешуек. Пальцы зачесались взять ее и отнести в душ, где губами коснуться кожи, вспомнить какая она нежная и гладкая. Спуститься ниже, коснуться языком влажных складок.