Книга Избранница Теней, страница 19 – Екатерина Васина

Я перевела взгляд на рыжего, тот пожал плечами:

— В данном случае согласен с Аероной. Ты станешь лакомой целью для всех, у кого зуб на Дорана. А таких очень много в обоих дворах.

— А как они узнают? — спросила мрачно. — Только вы в курсе. Винки? Я так поняла они в принципе не болтливы и с ними никто не общается. Джиоллэйдх ничего не скажет, на нем печать Хаоса. Сболтни лишнее — сгоришь.

Рыжий поежился, а я продолжила:

— Аерона, может, ты жаждешь сообщить кому-то про мою беременность? М-м-м?

— Нет, — спокойно ответила та, — кстати, на твоем месте я бы и мне печать Хаоса поставила. На случай, если мы попадемся и меня станут пытать, она не позволит мне проболтаться.

— Итоге, — подвела я, — о моем положении пока никто не знает. А вот вернись мы в Руадх и все, новость разлетится моментально. И вот тогда Дорану впору меня спрятать в самую высокую башню. И то не факт, что до меня не доберутся. Уже проверено: даже самая крутая охрана может дать сбой. К тому же, мне не нравится сидеть круглыми сутками в окружении Теней и с тоской смотреть в окно. А так и будет. Ибо тут, — похлопала себя по животу, — не просто ребенок, а наследник Короля и будущий завоеватель Земли. А, судя по вытаращенным глазам, про последнее вы не в курсе, да?

Теперь фейри разглядывали меня как бомбу замедленного действия.

— Он откроет портал? — тихо спросила Аерона. Я кивнула и проговорила, сжимая пальцы в кулаки:

— И поведет армию Теней и фейри на Землю. Доран хочет вернуть свой народ. Мы выяснили, что вы перестали рожать потому, что оказались вдали от людей. Я тебе уже говорила это. Симбиоз. И… вера в волшебство.

— Он собирается захватить Землю? — нахмурился рыжий. Сейчас я не боялась, что сболтну лишнего. Все равно Джиоллэйдх ничего не сможет никому передать.

— Погоди! — перебила его Аерона. — А зачем захватывать, если можно просто вернуться и снова жить, как народ Холмов? Или возродить Авалон? Его же не могли видеть смертные. Тем более, я сомневаюсь, что люди станут как прежде почитать нас, явись мы в образе захватчиков.

И тут я сказала то, о чем думала все это время. То, что холодными камнями давило мне на грудь.

— А ему плевать в каком виде предстанет. Главное — заполучить человечество под бок. Я не хочу такой судьбы ни ребенку, ни Земле.

— И собираешься бегать до скончания веков?

— Хотя бы до того момента, пока ребенок сам не начнет принимать самостоятельные решения.

Сказала и сама же поняла, что фраза — сплошная глупость. Не получится так долго бегать. Меня сейчас уже выворачивает наизнанку от тоски по Королю. И даже обида заглушается желанием опять его увидеть, потрогать. А что будет через год, через десять лет?

Сам побег уже не казался хорошей идеей. В конце концов, мы же цивилизованные люди. Могли бы спокойно поговорить. Доран не дурак.

«Если придется — заставлю», — ударили невидимые слова, а следом всплыла картина: Король уничтожает мои таблетки, как бы показывая: его слово — закон.

Смириться с таким? Нет, спасибо, я не понимаю женщин, которые терпят тиранию мужа. Пусть любимого и любящего. Я не феминистка, но и ковриком растекаться не буду.

А самое главное — не дам сделать из своего ребенка бездушное чудовище.

— Идемте, — проговорила через силу, — надо обойти ловушки. И добраться до той фейри, о которой говорил Джиоллэйдх.