Книга Заложница Теней, страница 127 – Екатерина Васина

А я и вовсе замерла, так как это из-под моих пальцев сейчас струился едва различимый бледно-оранжевый свет. И тянулся к Джиоллэйдху, обволакивал его.

Рыжий исцелялся. Хотя нет, это выглядело так, словно его раны отматывали назад на пленке. Спустя десять минут от них не осталось и следа. А внутри меня все дрожало, голова кружилась. Я рухнула на колени и поняла, что насквозь мокрая. Тогда как рыжий, бледный, как первый снег, открыл глаза и мутным взглядом обвел все вокруг. Но явно ничего не понял.

— Рори… — прошептала Аерона. — Ох, я почти боюсь тебя.

— Что?

— Ты повернула время вокруг пленника, — скучным голосом пояснил Дымок. — Это магия Хаоса. Доран от такой возможности отказался.

— П-п-почему?

О, да я еще и заикаться начала.

— Сказал, что игры со временем — слишком серьезная штука. И опасная.

А вот тут наши взгляды с Королем совпадали. Я верила в «эффект бабочки». Потому сейчас сидела и обливалась потом, гадая, не выйдет ли мне такое вот боком.

— Не бойся, — снова уловил мои мысли Хаос, — ничего страшного не произошло, но все же не стоит злопуотреблять.

— Я не…

Рыжий застонал, и все внимание мигом переключилось на него.

— Ты можешь говорить?

— Ка… кажется, да, — голос у Джиоллэйдха остался таким же мягким и чарующим. Но теперь я от него не млела. Да и Аерона сердито поблескивала глазами, но пока молчала.

— Тебя будут пытать, — отчеканила я, глядя ему в глаза. — Долго. Пока не расскажешь все о плане Хэдина. И о том, кто я такая. Ясно?

— Более чем.

Джиоллэйдх пощупал свое горло и поморщился. Потом спросил:

— Что произошло?

— Тебя помяли гончие Дикой Охоты, а я вылечила.

— Ты проснулась, — выдохнул рыжий как-то обреченно. — И что хочешь? Поглумиться, прежде чем передать своему Королю?

Горло на мгновение сжал спазм.

— Он не мой Король. Что я такое?

— Вы, конечно, можете меня пытать, — проговорил Джиоллэйдх со вздохом, — но все равно ничего не добьетесь. Я не знаю, что ты такое, Рори.

Я не смогла сдержать разочарованного вздоха, но тут рыжий закончил фразу:

— Но я знаю тех, кто может быть в курсе. Это Хэдин знал все. И Комина. А я так, на подхвате. Пытки меня не пугают, и не такое видел. Но смогу провести кое к кому, если отпустите.

— Ты еще и условия ставишь? — прорычала Аерона. — Ты!

— Я не хочу в пыточную, — признался Джиоллэйдх.

— Дай мне минуту, — проговорила я. И отошла в сторону. Мысли метались из стороны в сторону, пришлось сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем более-менее успокоилась. Идея, пришедшая в голову, со всех сторон казалась бредовой. Но зато она была хоть каким-то выходом из создавшейся ситуации.

На Землю мне нельзя, но и здесь находиться не хочу, не могу. Ножом по сердцу бьет воспоминание о том, как Доран уничтожил таблетки. Показательное выступление.

«Надо будет — заставлю».

Я обхватила себя за плечи руками и едва не простонала вслух. Ну дура же, как есть дура, раз поверила на миг, что фейри может вести себя по-человечески. Или увидеть во мне равную. Даже сейчас мне прямым текстом указывали место.

Обратно возвращалась, все еще вздрагивая от решения. Но с ясной и хрустально-звонкой головой.

— Ты, — ткнула пальцем в рыжего. — Дым… Хаос, есть какая-нибудь клятва, которую нарушить себе дороже?

— Есть. Моя.

Я не сводила взгляда с Джиоллэйдха.