Книга Время проснуться, страница 109 – Екатерина Васина

— Анна Викторовна? — мать Ладона встала между ней и девушкой. — Давайте поговорим в коридоре, а потом вы уже отлупите Дашу. Я даже присоединюсь к вам.

— А идемте, поговорим, я вам расскажу, как эта вот красавица уже один раз валялась в больнице. — Анна Викторовна кинула рядом с мрачной Дашкой красно-белый пакет с соком. — Это тебе Эльдар Богданович передал, уж не знаю с какой благодарности.

Неуклюже извернувшись и взяв пакет свободной рукой, девушка вдруг ощутила, что ее не слишком хорошее самочувствие отступает на задний план, а губы невольно растягиваются в улыбке. Ладон передал ей вишневый сок.

Вечером Дарья была уже дома, еще слабая, но уже не собиравшаяся падать в обморок. А там ее уже ждали все родственники, включая Настю. Последняя сочувствующе подмигнула сестре и скромно села на ковер, прихватив свою чашку с какао. Собрание, посвященное нерадивому поведению Дарьи, состоялось в гостиной. Сама брюнетка сидела в кресле, закутавшись в плед, и мрачно разглядывала стену, на которой висели картины с веселыми котиками. Несмотря на то, что под пледом на девушке была еще теплая бледно-розовая пижама, ее все равно немного знобило. Дашка только сейчас поняла, как ее потряхивало последние дни. В больнице у нее взяли кровь на эксперсс-анализ, ничего ужасного не нашли, но посоветовали попить железо, так как гемоглобин был низковат. Так что теперь перед креслом девушки, на низком стеклянном столике, стояло блюдце с гранатом, гранатовый сок и пирожки с печенью, принесенные матерью Насти.

В этот вечер Даша узнала о себе много нового. И что она бессовестная девчонка, и что ни капли себя не жалеет, и что своей болезнью доведет мать. В ход пошли пространные рассуждения на тему, как хорошо было бы кое-кого наказать. Например, отлучением от паркура. Или убрать все миксеры и прочую атрибутику для выпечки десертов. Тут Дарья не выдержала и сообщила, что ей двадцать лет, а не пять, так что наказывать ее глупо.

— Домашний арест бы. — вздохнул дядя Владмири, вертя в руках чашку с остатками чая и втайне мечтая о бокале коньяка. Присутствующие уже излили свое возмущение и теперь постепенно успокаивались. Атмосфера вечерней гостиной, освещенной торшером и настольной лампой, вновь медленно становилась теплой и уютной.

— Нельзя. — ехидно откликнулась Дашка. — Врач сказала мне гулять подольше. И меньше нервничать.

— А если тебя ремнем выпорот, то это будет считаться нервированием твоей царской особы? — с не меньшим ехидством поинтересовался дядя. — Аня, правда, давай вернем в семью воспитанием кнутом и пряником. Кнут можно вон, во дворе, найти. Называется, ветка от ближайшего куста.

Анна Викторовна махнула рукой. Они с Дарьей сегодня успели и поругаться, и помириться, еще раз поругаться и снова помириться. А уж когда женщина узнала, что ее дочка так нарывалась, чтобы доказать Игорю Святославовичу, что у нее может быть финансовый успех, то бедный директор наверняка начал икать. Анна Викторовна бушевала и грозилась завтра же пойти и высказать ему все, что думает. Даша с трудом убедила ее, что мужчина не в курсе того, как много она работает. И вообще, не стоит из-за нее портить отношения с начальником.

— Эй, люди! — Настя, промолчавшая весь вечер, помахала рукой, привлекая к себе внимания. — Чего вы человека пинаете, она уже все поняла. Даш, ты же поняла, что была дурочкой?