Книга Его строптивый Огонек, страница 97 – Екатерина Васина

— Пойдем, Кирюха. — вздыхает Тим. — У меня челюсти от драмы свело.

Я же осторожно выглядываю в окно. Как раз видно как Егор догоняет Нику, начинает что-то говорить.

Подслушивать плохо, ой, как плохо! Будем считать, что я помучалась угрызениями совести целых семь секунд. Прежде чем очень аккуратно приоткрыть окно. И встать, чтобы меня никто не увидел.

Тишина, ветра нет, собеседники стоять метрах в двух от окна — идеальные условия для подслушивания.

Но, оказывается, что попала я на самый конец разговора. Потому что отчетливо слышу только одну фразу. От Ники. Которая хлещет почище пощечины.

— …Да лучше бы изменил!

Вот и поговорили.

Неделю спустя…

Семь утра. Я со стоном переворачиваюсь на спину и бездумно гляжу в потолок. Слышу как в ванной комнате шумит воды и кое-кто насвистывает. Ужасно фальшиво. Просто ужасно. Зато с энтузиазмом. Божечки-кошечки, а я лежу тут с ощущением, что руки и ноги превратились в макаронины и не желают двигаться. А еще меня переполняет чувство невероятного удовлетворения и умиротворения. Ну еще бы, пять оргазмов за ночь. Кажется, я пережрала секса. Так бывает?

Свист и звук падающей воды прекращается. А я переворачиваюсь обратно на живот и пытаюсь найти хоть какие-то остатки сил. Да как так то?! Даже пальцами с трудом шевелю. Кое-как сажусь, обмотавшись простыней, хотя это и тупо. Меня видели, трогали и целовали везде где можно и нельзя.

— Это просто возмутительно! — сообщаю Тиму, когда он выходит из ванной и топает в сторону гардеробной.

— Да, я согласен. Надо было сегодня взять выходной.

— Я не про это. — швыряю в него подушкой, которая падает, не долетев. Муженек же выглядывает из гардеробной и ухмыляется. — Вот вроде двигался больше ты, а ноги и руки не шевелятся у меня! Когда мне говорили, что занимались всю ночь сексом я представляла это немного по-другому. А ты…ты…реально…ай! — кидаю вторую подушку. которая падает рядом с первой.

— Нет, ну это же физиология. — твою мать, меня что, заводит его менторский голос, которым он мне объясняет. — У тебя после оргазма выбрасывается больше пролактина и окситоцина, поэтому мозг считает, что пора отдыхать. Ну и плюс у женщин во время секса вовлечено больше мышц и сосудистая реакция сильнее.

— Мне через два часа надо быть в универе. — стону в голос. — А я могу только сидеть. Я боюсь встать! У меня ноги не того…

— Не сходятся? — Тим еще и подмигивает.

Божечки-кошечки, я кого в мужья то выбрала?! Я то думала, что мужчины тупо хвастаются когда говорят, что могут несколько раз подряд. А оно вон как…оказывается не врут.

Как сейчас до душа то добраться? Только подумать успеваю, как меня подхватывает и прямо несут в ванную комнату.

— Тим!

— Чего?

— Я вешу…

— Ну да, — сообщает этот м-м-муж, осторожно сгружая меня в просторную душевую, — ты не перышко, но это нормально. У тебя же нет дистрофии, булимии…

— Ты врача в себе хоть иногда выключаешь? — вода сверху льется теплая, приятная. Правда, я на нее едва обращаю внимания, потому что Тим скидывает полотенце и тоже встает под струи. Рядом. Окутывает меня своей аурой, запахом геля для душа с кедром и морем.

— Люблю принимать душ. — подмигивает мне, отчего я икаю и невольно опускаю взгляд вниз. Икаю повторно и задаю самый тупой вопрос.