Книга Клуб "Орион". Серенада для Мастера, страница 121 – Екатерина Васина

— Идем, попей чай перед уходом.

Оле не слишком хотелось что-то пить. Но Света в такую жару делала умопомрачительный напиток из зеленого чая, льда, лимона и мяты. Жажду он утолял просто великолепно. Вот и сейчас, старшая сестра налила полный стакан, поставила печенье и любимый Олин зефир — лимонный, с легкой кислинкой. Вот как тут устоять?

Все казалось несколько нереальным. Еще накануне жизнь текла привычно, пусть и с радостными всплесками. А теперь она просто резко изменилась и неизвестно, что ждало впереди. Но что-то явно захватывающее.

Хотя беременной Рина пока себя не ощущала. Вот честно, несмотря на новость, она никак не могла сопоставить себя и «интересное положение». У нее будет токсикоз? А когда ребенок начнет толкаться? А колики, а рожать… от таких мыслей голова шла кругом. Поэтому Ариана безумно была благодарна Адриану. Тот не распинался в вечной любви и в том, что всегда мечтал о ребенке. Просто сказал, что все будет хорошо. А она просто поверила.

Остальным решили не говорить ближайшие три месяца.

— Но тебе лучше все же уволится из Ориона, — говорил Адриан, пока они вдвоем ехали в клуб. Город уже окутался мягкими золотистыми сумерками, жара немного спала и даже подул прохладный ветерок. Рина морщилась, слушая новости: где-то в южной части города взорвалось самодельная бомба, причем в странном месте — в общественном туалете, в который никто не заходил по самой простой причине. Там стоял такой запах хлорки, что моментально сбивало с ног самых стойких.

— Господи, ну почему бы что-нибудь позитивное не рассказывать. — она до предела убавила громкость радио, — Адриан, я не буду увольняться. Только если начну страдать жестким токсикозом. Хотя бы первые три месяца.

— У тебя нехилая нагрузка выходит.

— Ничего, раньше до родов пахали.

— Тебе процент смертности назвать в те времена?

Рина засопела, не зная, что делать. То ли велеть, чтобы Адриан ею не командовал, то ли разомлеть от его заботы. Ограничилась тем что мрачно посмотрела и попросила не рассказывать ужастиков на ночь. Мол, ей такое теперь вредно слушать.

— А асфальт ты будешь нюхать? — спросил Адриан. — Или огурец с клубничным желе попросишь? Не, мне просто интересно, к чему надо морально готовиться?

— Вот через несколько месяцев поймем.

Возле «Ориона» все было как всегда: старые клены, заставленная машинами стоянка и уже притихшие дворы соседних домов. В клубе Рина напрямую отправилась в гримерку, договорившись, что Адриан займет место поближе к сцене.

Возле зеркала, ярко освещенного по периметру, Рина сделала то, что хотела еще с утра. Украдкой огляделась, встала боком и задрала майку. Живот как живот, плоский и подтянутый. Глупо было ожидать видеть что-то новое. Рина разделась и потянулась за сегодняшним платьем: темно-золотистым и облегающим, с юбкой до колен. Оно выглядело вполне консервативным, только вот спина была обнаженной почти до попы. Волосы заколола повыше, наложила макияж и пару раз глубоко вздохнула-выдохнула. Надо идти.

«Зато на свадьбе девчонок у меня не будет месячных», — хмыкнула Рина. От этого ее избавили на целых девять месяцев.

Сцена ее ждала, зрители ее ждали. Яркий круг света с микрофоном манил к себе. Ариана вновь ощутила тот самый прилив энергии, которая словно невидимыми нитями связывала ее и зрителей. И запела сразу: чисто и громко, вместе с музыкой мысленно взлетая вверх. И неотрывно глядя на Адриана. Тот, как обещал, сидел за самым ближайшим к сцене столиком. В светлой рубашке с короткими рукавами и воротником-стойкой, в темно-синих джинсах, весь такой загорелый и улыбавшийся одним лишь взглядом.