Книга Война среди осени. Расплата за весну, страница 98 – Дэниел Абрахам

— Так не будет, любовь моя. Мир изменился, и назад пути нет, как бы мы ни старались.

— Знаю, но мне проще об этом не вспоминать. Вот когда спасем дая-кво и победим гальтов, тогда и подумаю. Сейчас – не поможет, – сказал Ота и направился в спальню, к постели, которую они делили много лет и разделят по крайней мере еще одну ночь.

Когда он проходил мимо, Киян погладила его по щеке, и Ота повернулся, чтобы поцеловать ее пальцы. Ее глаза уже высохли; его тоже.

— У него такое задание, а я дал ему мало войска! – покачал головой Баласар, шагая мимо людей, лошадей и повозок.

Юстин пожал плечами.

Армия снималась с лагеря. Воины сворачивали шатры, грузили их на мулов и паровые телеги. Прачки укладывали лохани и камни в сумки, которые таскали на согбенных спинах. Последние из пленных рабов нагружали добычей трюмы последних кораблей, отплывающих в Гальт. В небе, перекликаясь, кружили чайки. Волны рокотали, накатывались и шлепали по высоким стенам набережной. В воздухе пахло соленой свежестью и огнем пожарищ. Однако тревожный, неугомонный ум Баласара блуждал далеко отсюда, на другом конце карты.

— Коул опытный боец, – заметил Юстин. – Кто, как не он, с этим справится?

— Шесть городов. Ему надо захватить целых шесть. Это много. А у него лишь горстка людей по сравнению с нами.

— Мы еще успеем ему помочь, как только здесь разберемся. К тому же один из его городов – даже не город, а всего лишь знаменитая деревня. И Чабури-Тан наверняка сгорел, когда мы еще не вышли из Арена. Выходит, всего четыре с половиной осталось.

Юстин рассуждал здраво. Люди Коула скрывались возле острова, на кораблях, которые стояли на якоре в прибрежных водах. Они ждали сигнала, который сказал бы им, что андатов больше нечего бояться. Под началом Коула было около шести тысяч человек, и сейчас они уже спешили морем в Ялакет. Там, на складах гальтских торговцев, ждал еще один отряд. Вместе им предстояло отправиться вверх по реке в самое сердце Хайема, уничтожить селение дая-кво и предать огню библиотеки. Конечно, в других городах тоже остались книги и свитки, но только там, в горных чертогах, лежали величайшие тайны павшей Империи. Чтобы уничтожить древние рукописи, покончить с теми, кто проник в их тайную суть, Баласар и начал войну. А получилось, он даже не сможет при этом присутствовать.

— Южные легионы готовы, генерал, – сказал Юстин. – Восемь тысяч на Сёсейн-Тан, Лати и Сарайкет. Я поведу две тысячи. На Патай и эту школу в чистом поле хватит. А у вас тогда останется половина войска на города вдоль по реке – Удун, Утани, Тан-Садар.

Баласару хотелось отправить с Юстином побольше людей. Так случалось всегда, когда ему приходилось делить воинов. Он сам готов был мириться с нехваткой сил, чтобы только его командирам ничего не угрожало. Патай был вполовину меньше Нантани, но ведь и Юстин брал с собой только десятую часть войска. Вряд ли вести о нападении гальтов достигли Патая так быстро, что хай успел нанять в Западных землях отряд каких-нибудь легконогих наемников, однако чего не бывает. Если что-то пойдет не так, две тысячи воинов здорово поправят дело.

Однако Баласару и самому предстоял долгий путь из Нантани в Удун. Скоро они углубятся в долины, где нет хороших дорог, а там паровые телеги сами не пройдут, их придется тащить. На колдобинах и ухабах котлы, по обыкновению, будут взрываться. Переход затянется. Удун, Утани и Тан-Садар получат на подготовку больше времени, чем остальные, и захватить их будет сложнее всего. Баласару предстоит выполнить самую тяжелую работу. Но и Коулу досталось дело не из легких. Пять тысяч воинов на шесть городов. На пять. То есть на четыре с половиной.