Книга На руках умирает любовь, страница 78 – Габриэль Коста

Но как только она сконцентрировала силы для атаки, ледяной ужас сковал ее. В разрезе, который оставил кинжал оборотня, Леа увидела глаз. Настолько знакомый и пугающий, что Леа выронила кинжалы. Для каждого существа в Виаруме есть «неподходящий» противник. Даже для Архитектора, Саргона и Азелина. Просто чем могущественнее ее обладатель, тем меньше список потенциальных врагов. Для Леи он был всего один, если не считать стражей. И спутать его с кем-либо еще невозможно.

Огромные когти схватились за границы разреза и потянули в стороны. Такой монстр не мог пролезть в небольшую щель, что предоставил ему Синделай. Оставалось задаваться вопросом, каков предел его способностей, раз для сражения с ней он призвал:

— Рат…

Меладея смотрела на появляющегося дракона ночи распахнутыми от шока глазами. Так вот чем собирался сражаться с ней Синделай. Как и все драконы, Рат погиб еще на Великой Войне, и все знали каким образом. Его возвращение не понятно и ужасающе. Логично, что пока существовало ночное небо – Рат не исчезнет. Он, как прообраз самой природы, не мог исчезнуть навечно. То же самое касалось и других драконов – всех, кроме Грисдиса. Он разрушил свою искру, как человек, ввиду своих сил. И если Меладея владела только половиной пламени красного дракона, то появляющийся перед ней Рат, вероятно, находился на пике своего могущества. Проблема лишь в том, что Леа не могла победить его чисто технически. Все ее силы шли от навигации по небу, а ночью еще и по звездам… Одна из самых простеньких способностей Рата – менять расположение звезд.

— Я рад, что вы не скрываете своих истинных эмоций, – Синделай улыбнулся. – Я уничтожу вас всех. Ваше время прошло.

— Вот подонок, – прохрипела Леа.

— Я ждал долго, – раздался знакомый писклявый голос Рата. – Я ждал так долго, чтобы отомстить человечишкам, – голова дракона пролезла в разрез, следом показалось его туловище и хвост. Знаменитые крылья, что сливались с небом, распахнулись над всей столицей четвертого материка, – теперь никто не помешает мне стать Королем Драконов и подчинить Виарум.

— Не расслабляйся, селедка, – фыркнула Леа. – с момента твоего предательства Брэмом и Катаокой прошло больше полутора тысяч лун. Азелин все еще жив и все еще способен свернуть тебя в раковину моллюска и заделать новое созвездие. Тем более перерождение Архитектора на нашей стороне и скоро овладеет костром. Рат, прими верную сторону сейчас, иначе снова отправишься в небытие.

— Я не принимал сторону Катаоки и Брэма, я был обманут! – злобно ответил Рат. – Больше я не доверяю людям. Я убью вас всех. Вот и все. На этом я… – и неожиданно он застыл с открытым ртом.

— Достаточно разговоров, – ледяным тоном бросил Синделай. – Давайте закончим с этим. Мне еще на третий материк лететь.

— Подонок, я… – Леа нахмурилась.

— Великий пожар. Тень совести падшего дракона. Личность дракона, плащ ночи, – сложив руки вместе, спокойно проговорил Синделай.

Леа сразу догадалась, что Рат не вернулся в мир просто так. Синделай подчинил его и имеет с ним прямую связь. Каким-то пока не известным ей способом он контролировал его сознание, действия и физическую оболочку. Совсем как Меладея использовала силы Грисдиса, однако уровень владения у оборотня выше из-за прямой связи с Ратом. Драконы имели огромное количество пламени, и сейчас Синделай получил практически бездонный запас сил, а главное, умений.