Книга Закон Москвы, страница 127 – Дмитрий Силлов

— Ну что скажешь, ученик? – спросил Японец, снизив ход багги до самого малого. Теперь машина еле ползла по дороге.

— Справа и слева – два «острова», площадка и вентиляционный киоск, – сказал Артем, – Спереди танк дорогу перегородил. Путь один – между танком и венткиоском. С каждой стороны еще метр остается, можно попробовать проскочить.

— Очень уж на ловушку похоже, – задумчиво произнес Виктор. – Есть вариант вернуться и попробовать другой путь.

— Можем не успеть, – заметил Артем. – Сейчас уже вечер, скоро совсем темно будет. Если Кречетов собирается взять Кремль на рассвете, то он, небось, уже вышел со своей армией из «Олимпийского». И как ты потом будешь из Кремля своего профессора выковыривать?

— Тоже правда, – сказал Японец, задумчиво покусывая нижнюю губу. – Кстати, «островов» не два, а три. Слева за развалинами видишь край дома? Тоже не тронутый ни взрывами, ни временем. Знаю я этот дом. В мое время там был расположен Штаб командования войсками специального назначения. Вот уж где подземная инфраструктура была развита! Считай, прямо под этим домом две ветки метрополитена пересекаются, чтоб в случае чего спецуру можно было мгновенно в любую точку Москвы отправить. Плюс неслабый арсенал в бункере под метро с системой автономного жизнеобеспечения. Плюс сам дом фактически крепость.

— И что? – спросил Артем. – Это ж все давно было. Может, там и нет никого уже пару сотен лет.

— Я бы на это не рассчитывал, – покачал головой Виктор. – Не нравится мне, что этот дом – тоже «остров». В книжках моего детства было ясно написано, что на хорошо укрепленных «островах» имеют свойство селиться всякие уроды.

— Что, мы мало уродов покрошили? – пожал плечами Артем. – Я б рискнул.

— Ну смотри, ученик, – вздохнул Японец. – Ты в этих местах абориген, я же птица залетная. Попробуем положиться на твой опыт.

Хотел Артем сказать, что сам впервые в Зоне, но смолчал, надежно прикрыв свои мысли воображаемым щитом. Хоть и не знал парень, что такое «абориген», но учитель произнес это слово так, как если б хотел сказать «опытный», «значимый», «знающий». И разочаровывать его не хотелось. Поэтому Артем лишь коротко кивнул и с удвоенным вниманием принялся вглядываться в экраны, по которым черным пауком ползало перекрестие прицела.

Но вокруг было тихо. Ни малейшего движения не наблюдалось в развалинах. Даже ветер не шевелил высокую траву и колючие кусты-мутанты, облепившие окружающие холмы строительного мусора.

— Но все же перестрахуемся, – сказал Виктор.

Он на малой скорости подъехал к узкому проходу между танком и вентиляционным киоском – и неожиданно втопил педаль газа до пола.

Багги подпрыгнул, словно застоявшийся фенакодус, и рванул вперед, набирая скорость.

И все-таки они не успели…

В тот момент, когда машина пролетала мимо вентиляционного киоска, из-за ряда стальных жалюзи ударила мощная струя газа. Артем тут же почувствовал слабый, незнакомый аромат, разлившийся по кабине, – скорее приятный, нежели наоборот.

Однако Японец сразу переменился в лице. Бросив руль, он резким движением выхватил из-за пазухи аптечку. Машину тут же занесло, она ткнулась в угол венткиоска и заглохла. Артема швырнуло вперед. Один из рычагов довольно болезненно, но не критично ткнул под ребро – видимо, Японец все-таки успел нажать на тормоз, гася удар. Артем хотел было возмутиться, мол, что за ерунда? Подумаешь, чем-то хорошим в машине запахло, перебивая запах крепкого пота и гари. Но, глянув на лицо Японца, парень понял – случилось что-то очень серьезное, и сейчас учителю не до него.