Книга Танец под дождем, страница 98 – Ольга Валентеева

Король молчал, только испепелял врага взглядом. А Эббот достал из сумки одну из капсул с ядом.

— И все-таки я вам друг, а не враг, – сказал он. – Выпейте яд, и завтра на казни уже почти ничего не будете чувствовать.

— Отказываюсь!

— Тогда я предложу его Вильгельму.

— Ты обещал! – Король попытался сдвинуться с места, но не смог. Очень много печатей было наложено на эту комнату.

— И держу слово, – ответил Эббот. – Но если вы начнете упрямиться, ваше величество, мальчик пострадает.

— Давай.

Фредерик протянул руку и взял пилюлю, повертел ее в пальцах, а затем проглотил. Вот так-то… Эббот усмехнулся.

— Правильное решение, – сказал он. – Будем надеяться, ваша смерть будет легкой. Прощайте, ваше величество. На казни вам уже вряд ли будет до нее дело.

И вышел из камеры, проследил, чтобы накрепко заперли двери, а затем направился к принцу Вильгельму. Эббот не лгал: он привязался к мальчишке. Вилл был непосредственным, добродушным. Временами упрямым, не без этого, но не злым. И не таким высокомерным, как его отец. Сейчас Вилл сидел на тюке соломы, на эту ночь заменившем ему постель. Он казался бледным и растерянным. Когда Эббот появился на пороге, едва взглянул на него и отвернулся.

— Злишься? – спросил Дерек. – Злись. Будь у тебя ребенок, ты поступил бы точно так же.

— Нет, – тихо ответил принц. – Не поступил бы. Я изначально создал бы все условия, чтобы мой сын или дочь не чувствовали себя лишними в этом мире.

— Как Рейнард?

— Рейн не рвется к власти, он доволен тем, что имеет. И мне временами казалось, даже рад, что не ему придется править страной. А вот вы, воспитатель Эббот, чудовище. Вы разрушили не только нашу жизнь, но и мирный уклад сотен, тысяч людей. И судьбу своего сына. Рано или поздно он поймет, какое вы чудовище. И что тогда? Будет ли он по-прежнему преданным сыном? Или же избавится от вас, как вы сейчас избавляетесь от меня?

Эббот сжал кулаки.

— Мой мальчик знает, что я все делаю для его блага, – сказал он.

— Не для его, а для своего, лорд Эббот. Это вы хотите власти. Это вы завидуете моему отцу. Признайтесь, вы просто желали проверить свою любимую теорию, а тут такой повод! Обнуление, да? Вы обнулили магию, и что теперь? Стали счастливее?

— Стал, – ответил Дерек. – А тебе завтра придется умереть.

И протянул Вильгельму капсулу с ядом.

— Не заставляй меня причинять тебе боль, – сказал он. – Этот яд убьет так, что ты и не заметишь.

— Какая мне уже разница? – Вильгельм покачал головой. – Казните, раз уж на то пошло и вы не держите слова. Я предпочту умереть с ясным умом.

— Дело твое, мальчишка. – В этом случае Эббот настаивать не стал. – Надеюсь, до утра твой брат составит вам компанию.

— Обязательно, – ответил Вилл – слишком спокойно для приговоренного. – Только для того, чтобы тебя убить.

Эббот ничего не ответил. Просто вышел из комнаты и направился к третьей двери. В его сумке лежал украденный из академии пузырек зелья, которое сейчас развяжет язык Алдену Роукину и заставит сказать, куда подевался Рейн.

Ал, в отличие от предыдущих узников, лежал на полу, закрыв глаза. Его одежда была в крови, а стража на входе доложила, что упрямый мальчишка не сказал ни слова, как бы его ни били. Что ж, «Болтушка» была более гуманным методом. А главное, куда более действенным.