Книга Когда загорится Луна, страница 35 – Ольга Валентеева

Однако стоило признать – выставка его вдохновила. У Демьяна действительно был талант, и дело не в магии Пепла, а в видении мира. Его картины были очень яркими, насыщенными цветом. Они заставляли «проваливаться» в мир художника. Наверное, поэтому после выставки музыка в голове у Лешего звучала особенно настойчиво. Под утро он сдался, поднялся и достал из стола давно забытую нотную тетрадь. Набросал мотив, не дававший покоя, создал изломанный ритм обилием восьмых и шестнадцатых, а затем попробовал наиграть на гитаре – тихо, чтобы никого не разбудить.

— Посмотрите, кто взялся за музыку! – послышался ядовитый голос у него за спиной.

Леший едва не выронил гитару и медленно обернулся.

На этот раз Симона совсем не казалась живой. Наоборот, она была полупрозрачной, одетой в ночную сорочку, с распущенными светлыми волосами.

— Это не ты, – резко проговорил Леший. – Тебя больше нет.

— Какой ты жестокий, братик! – Си искривила пухлые губки. – Необязательно тыкать в мои недостатки.

— Зачем пришла?

— Чтобы напомнить… – Сестра хищно усмехнулась. – О том, как ты меня не спас. Успокоился, братик? Так я не дам тебе покоя!

В комнате резко распахнулось окно. Леший повернулся на стук, а когда обернулся, Си исчезла. Он медленно опустил гитару на пол и закрыл лицо руками. Почему? Почему он не мог просто ее отпустить? Уже полгода прошло! И все чаще Лёше казалось, что это он держит сестру в мире живых. Но как это изменить?

— Лёш! – В дверь забарабанила Тася. – Лёш, у тебя все хорошо?

— Да. – Он распахнул дверь и замер на пороге. – Окно открылось. Ветер, наверное.

Младшая сестренка, похожая на сонного воробья, недоверчиво насупилась.

— Опять она? – спросила прямо.

Леший кивнул. Тася только тяжело вздохнула.

— Раз уж мы все не спим, идем на кухню, что ли? – предложила она. – Выпьем чаю. Уверена, и Дёмка подтянется.

Демьян, кстати, действительно подтянулся, стоило закипеть электрочайнику. Плюхнулся на место, обычно принадлежавшее Симоне, с левого края стола, протянул руки за чашкой, от которой шел густой пар. Кажется, он еще даже не проснулся.

— Тебе сегодня идти на пары? – спросила Тася, и Демьян отрицательно покачал головой. – Тогда почему так рано поднялся?

— У меня есть мысль. – Кажется, Дёме все же удалось продрать глаза. Он глотнул обжигающегорячий чай и поморщился. – У вас ведь сохранились фото Симоны?

— И этот с утра туда же…

— Сохранились, – ответила Тася. – А зачем они тебе?

— Хочу нарисовать ее портрет, – огорошил художник. – Подумал, если я смогу его оживить, то Симона ответит на наши вопросы. Правда, я еще не пробовал оживлять по собственному желанию. Да и кто даст гарантию, что изображение станет настоящим воплощением вашей сестры?

— Но идея хороша, – торопливо согласился Леший. Ответы! То, чего он так желал вот уже полгода. Если у Демьяна получится, это будет чудо. И возможно, тогда Симона навсегда покинет их дом.

— Я дам тебе ее последнее фото, за два дня до смерти, – добавила Тася. – Попробуй.

— В субботу поеду на студию и там попытаюсь, – ответил Демьян. – Мне почему-то кажется, проще будет это сделать не дома. Тут и так… своеобразная атмосфера. А на студии у меня уже получалось оживить Весну.

— Студия так студия, – кивнул Леший. – В субботу совершенно свободен.