Книга Когда загорится Луна, страница 39 – Ольга Валентеева

Художник задумчиво кивнул. Тася собрала фотографии и отправила в старенький альбом, купленный еще когда Леший учился в школе. На обложке были какие-то аляповатые розовые цветы, но Си выбирала альбом с мамой, и с ними никто не стал спорить. А купить другой… Зачем? В этом еще достаточно места.

— Ладно, раз мы определились, поеду-ка я к однокурснице, заберу конспект, – заявила Тася и первой покинула комнату.

А Демьян продолжал молча разглядывать изображение. Кажется, совсем ушел в себя.

— Все в порядке? – спросил Леший.

Но Дёма не ответил. Даже показалось, что он оживит Си прямо сейчас, с фотографии, только ничего не произошло.

И все же… все же Леший надеялся, что у Демьяна в итоге получится задуманное. Лёша хотел получить ответы. И тогда, возможно, он сможет успокоиться.

Настала долгожданная суббота. Демьян и предвкушал, и боялся, что ничего не выйдет, и опасался встречи с Симоной. Он до конца не знал, какой увидит сестру Лешего и Таси, если все получится. Существом с картины? Настоящим человеком? А если она все же придет, станет ли с ним разговаривать?

Как бы там ни было, ровно в восемь утра Дёма и Леший входили в мастерскую. У Таси в последний момент изменились планы: за час до того она уехала на студенческий конкурс среди программистов, позвонил куратор группы и попросил подменить заболевшую студентку третьего курса.

— Будьте осторожны, хорошо? – попросила Тася, выбегая из дома с дорожной сумкой. – И позвоните, если что-то получится. Если нет, тоже звоните. До встречи! – И умчалась.

А парням оставалось только вдвоем провести эксперимент. Впрочем, Дёма сомневался, что Симона появится при брате, но попробовать стоило.

— Что-то ты сегодня рано, юное дарование! – приветствовал его охранник.

— Здравствуйте, Игорь Борисович, работы много, – ответил Демьян, забирая ключи. – Павел Владимирович не приезжал?

— Не его время, – добродушно усмехнулся охранник. – Эх, молодежь!

Дёма свернул в коридор. Леший следовал за ним, серьезный и молчаливый. Он волновался, это было заметно, однако задавать лишние вопросы Демьян не стал. И так понимал, что к чему. Лёша переживал смерть сестры куда глубже, чем Тася. Нет, это совсем не означало, что Таисия не любила сестру и не горевала, наоборот, просто она в какой-то степени уже пережила потерю, а брат еще нет.

Занятый своими размышлениями, Демьян привычно отпер дверь мастерской-студии. Внутри пахло красками. Видимо, Павел Владимирович приезжал накануне. Он упоминал, что в выходные тоже будет работать здесь, и Дёма надеялся завершить эскиз портрета Симоны раньше, чем приедет наставник.

Он подготовил карандаши с различной жесткостью грифеля, установил перед собой лист, на котором собирался рисовать, закрепил его. Это всего лишь скетч, можно обойтись без холста. Даже если Симона не появится, у Лешего и Таси будет еще один портрет сестры.

Фотографию Дёма разместил в нижней части подставки, вгляделся в лицо привлекательной яркой девушки. Нет, ее надо рисовать красками! Пусть неточно, пусть с огрехами, но не вот так, серым по белому. Демьян торопливо подготовил палитру, сменил бумагу на холст.

— Дём? – окликнул его Леший.

— Не сейчас, – даже не оборачиваясь, ответил художник, понимая, что со стороны выглядит странно. Однако вдохновение не спрашивает, когда приходить, а сейчас Демьяном руководило именно оно.