Книга Когда загорится Луна, страница 99 – Ольга Валентеева

Демьян хотел отказаться. Потом вспомнил, что Лёша в больнице, а в карманах пусто – на стипендию сильно не разгуляешься. К тому же – одна картина. Всего одна!

— Я согласен, – сказал он. – Только продать хочу одну определенную картину – «Приход весны».

— Помню ее, – кивнула Ферзева. – Очень оригинальное полотно. Что же, тогда давайте встретимся в следующий понедельник у меня в офисе, подпишем бумаги, и вы передадите мне картину. Выставка к тому времени уже завершится?

— Да, в эти выходные, – ответил Дёма.

— Вот и ладно. Если вдруг передумаете – звоните. Адрес офиса есть в той визитке, которую я вам дала. Да, и еще. Не забудьте захватить с собой документы для заключения договора.

— Конечно. Спасибо.

— Пока не за что, – отрезала Ферзева, допила кофе, положила на стол деньги за напиток и стремительной походкой покинула кабинет.

Дёма тоже поднялся – задерживаться тут не было смысла.

Значит, все-таки не ловушка… Да, на большой доход рассчитывать не приходится, но хоть что-то! Сейчас надо хвататься за любую возможность. Другой может и не быть.

Когда Дёма ехал на встречу, снег шел, однако как-то лениво: падали крупные снежинки, кружились в воздухе. А на выходе из кафе он вдруг увидел, что началась настоящая метель! И это за каких-то полчаса! Ветер выл, швырял в лицо колючий снег. Демьян попытался вызвать такси, но ему ответили, что автомобили в такую погоду до него просто не доберутся.

На счастье художника, к остановке подполз старенький, но крепкий автобус. Такие не боятся непогоды! Дёма забрался на заднее сиденье и из окна наблюдал, как стоит в снежном плену город. Улицы почти опустели – никто не желал превращаться в снеговика. Хорошо, что от остановки до дома не так уж далеко идти. Потом надо будет позвонить Тасе и узнать, удалось ли ей доехать до больницы. Сам он тоже туда собирался, но подозревал, что просто не доберется, если метель продолжится.

Не успел Демьян выйти из автобуса, как у него зазвонил мобильный.

— Здравствуйте, Павел Владимирович, – взглянул он на высветившееся имя.

— Здравствуй, Дёма, – проговорил его наставник. – Мы договаривались встретиться. Я сейчас в студии. Ты как? Сможешь подойти?

Желание отказаться мелькнуло – и исчезло. До студии от остановки идти минут пять, можно взглянуть на новые краски, а затем прямо оттуда позвонить Тасе, не заходя домой.

— Да, сейчас буду, – ответил Демьян. – Минут через десять.

— Отлично! – обрадовался преподаватель. – Жду.

Метель усилилась. Дёма окунулся в нее, как в густой кисель, который норовил сбить с ног. Он шел быстро, снег залеплял глаза, забивался за шиворот куртки. Когда художник ввалился за двери студии, он испытал настоящее счастье! Охранника на месте не было – видимо, куда-то отошел. Но Дёме и не нужен был ключ. Он отряхнул с одежды снег, прошел по коридору и толкнул дверь студии. Это было последним, что Демьян помнил перед тем, как внезапно стало темно.

Леший чувствовал себя сносно. Ожидал худшего после недавних приключений: тогда казалось, он и на ноги не встанет, но переломов не было. Голова болела нещадно, зато на следующее утро после перевода в общую палату он бодро добрел до туалета и вернулся назад. Ничего, скоро выздоровеет. Жаль только, времени очень мало – всего неделя до суперлуния. Понятно ведь, что враги активизируются. Или уже активизировались, о чем и говорило нападение на него.