Книга Кронпринц поневоле, страница 45 – Ольга Валентеева

Открывать фестиваль, конечно же, полагалось крону. На этот раз речь Дара вышла короткой донельзя – она едва ли заняла пару минут, и большую часть я прослушал. Опомнился, только когда Милли толкнула меня локтем в бок.

— Твоя очередь, – зашипела жена.

Да, точно, моя.

— Ваши величества, преподаватели, студенты, гости, – заговорил я, выйдя вперед. – Сегодня мы открываем традиционный фестиваль, который знаменует окончание зимы и приход весны. Да, морозы еще сильны, но уже скоро солнце растопит снег и все вокруг оживет. Так и в нашей жизни – иногда кажется, что мир темен и холоден, а потом понимаешь, как близко была весна, и мир обретает новые краски. Мы начнем фестиваль с небольшой выставки ледяных скульптур, а через полчаса откроются соревнования лучших магов своих факультетов. Вечером вас ждет праздничный бал и фейерверк. Начинаем!

Снова заиграла музыка, я вернулся на место.

— Мы уедем сразу после соревнований, – шепнул Дар.

— Почему? – удивился я.

— Делла приболела. Думаю, из-за Астара, она очень переживает. Со вчерашнего вечера жар.

— Прислать кого-то из целителей? – не на шутку встревожился я.

— У нас свои есть, – тихо ответил Дарентел.

— Слушай, мне надо с тобой поговорить после церемонии.

— Хорошо.

И мы замолчали, думая каждый о своем. Я обратил внимание гостей на скульптуры, скрытые от чужих глаз. Рассказал, как именно они были созданы, и дал сигнал снять щиты. Магия исчезла, и тонкая ткань, которую она удерживала, поползла вниз. Гости ахнули. Да, статуи удались… А это что такое?

Рядом со статуей крона замерла еще одна. Она изображала профессора эр Мурра. Кот возлежал на книге и удерживал в когтях мышь, собираясь вот-вот ее проглотить. И статуя по размеру приближалась к ледяной фигуре Дарентела, делать которую, кстати, я тоже не рекомендовал, но коллеги настояли.

— Это что такое? – Брови Дара удивленно поползли вверх.

— Эр Мурр, – миролюбиво ответил я, а Кэрри тихонько рассмеялась.

— И почему эр Мурр таких… гм… размеров?

— Студенты шалят, – признался честно.

— Ладно, допустим. А что написано на ледяном венце?

Я прищурился, стараясь разглядеть надпись, которой еще накануне не было. Надпись гласила: «Болван». Почувствовал, как мучительно краснеют щеки, и быстренько набросил на венец иллюзию.

— Дагеор? – вкрадчиво позвал Дарентел.

— Тебе показалось, величество, – ответил я. – Нет никакой надписи.

— Мне снять твою иллюзию?

— Не надо!

Кажется, сейчас крон будет метать молнии. Но Дар только усмехнулся и покачал головой.

— Твои студенты рано или поздно сядут тебе на голову, – сказал он. – И в следующий раз давай обойдемся без ледяных истуканов в мою честь, хорошо?

— Это было коллегиальное решение преподавательского состава, – фыркнул я. – Так что гордись.

— Статуей или надписью?

— И тем и другим. Ну так что, уделишь мне пару минут?

Вот только увести Дара с трибуны я так и не успел. На рядах, где разместились абитуриенты, произошло какое-то волнение. Уверен, что видел золотистую вспышку молнии.

— Что это там? – прищурился Дарентел.

— Абитуриенты этого года, – поспешно ответил я. – Идем, времени мало.

— Подожди-ка…

Молния сверкнула еще раз, только теперь не на трибуне, а пронеслась прямо у меня перед носом и врезалась в скульптуру крона, отчего та пошла трещинами и начала заваливаться на бок. Театрально застыла на миг, а затем рухнула, толкнув кота. Кот упал, раздавив своим немалым весом еще две скульптуры, которые тоже брызнули осколками льда во все стороны, и мгновение спустя целых ледяных статуй не осталось, только долго парило в воздухе ледяное крошево.