Книга Город потерянных душ, страница 120 – Кассандра Клэр

— Что значит kosti lustr? – спросила Клэри.

— «Костяная люстра», это ночной клуб, – сказал Себастьян, вышагивающий впереди. Мигающий неон окрашивал его светлые волосы в разные цвета: ярко-красный, холодный голубой, золотой. – Ты идешь?

Стоило Клэри войти в клуб, как ее оглушил грохот музыки. В зале с высокими витражными окнами, похожем на бывшую церковь, яблоку негде было упасть. Прожекторы выхватывали блаженные лица танцующих, освещая их ярко-розовым, неоново-зеленым, ядовито-сиреневым оттенками. Из колонок диджейской будки у противоположной стены гудела музыка в стиле транс. Вибрировал пол, вибрировала кровь Клэри, даже ее кости. Вокруг было жарко, пахло потом, дымом и пивом, со всех сторон надвигались чужие тела.

Она обернулась к Джейсу спросить, хочет ли он потанцевать, как вдруг рука легла ей между лопаток. Себастьян. Клэри напряглась, но не отодвинулась.

— Пошли! – крикнул он ей на ухо. – Не будем торчать в толпе!

Его рука была твердая, как железо. Клэри позволила ему подтолкнуть ее вперед, и толпа расступилась перед ними. Некоторые осмеливались взглянуть на Себастьяна, но тут же опускали глаза и отходили. Жар нарастал – к тому времени как они дошли до дальнего конца зала, Клэри едва не задыхалась. В стене обнаружилась арка, которой она раньше не замечала: стертые каменные ступени винтовой лестницы уходили вниз, во тьму.

Себастьян убрал руку с ее спины, и вдруг яркий свет озарил лестницу. Клэри подняла голову и увидела Джейса с колдовским камнем. Джейс ухмыльнулся ей, резкие тени превратили его лицо в угловатую маску.

— Легок спуск, – сказал он.

Клэри вздрогнула. Она знала фразу целиком: «Легок спуск в Ад».

— Идемте. – Себастьян мотнул головой и повел их вниз, грациозно и уверенно, не поскальзываясь на сглаженных веками камнях. Клэри пробиралась медленнее. Чем ниже они спускались, тем прохладнее становилось, грохот музыки стал тише. Клэри слышала свое и их дыхание, искаженные тени метались по стенам.

Не успели они спуститься, как послышалась новая музыка. Бит был еще яростнее – бил в уши, горел в венах, буквально заставлял двигаться. На последней ступеньке у нее совсем закружилась голова, но, войдя в зал, Клэри ахнула.

Она оказалась в каменном пространстве, шершавые, бугристые стены, абсолютно гладкий пол. У дальней стены возвышалась огромная статуя ангела с черными крыльями, его голова терялась во тьме. С крыльев свешивались нити янтаря, похожие на струи крови, зал то и дело озаряли настоящие взрывы света – прекрасные, разноцветные, не сравнить с искусственными прожекторами наверху, – искрящиеся, как фейерверки. Каждая вспышка осыпала танцующих дождем блесток. Массивные мраморные фонтаны стреляли сияющей водой, в них плавали лепестки черных роз. А над забитым танцполом на золотой цепи висела огромная костяная люстра-канделябр.

Выглядела она одновременно изящно и пугающе. Основание представляло собой соединенные вместе позвоночники, гирлянды из большеберцовых и бедренных костей свисали как украшения, на «ветвях» канделябра покоились черепа, и в каждом – массивная свеча. Свечи роняли на танцоров черный воск, но те даже не замечали: извивались, кружились, хлопали в нечеловеческом танце… Впрочем, никто из них человеком и не был.

— Вервольфы и вампиры, – пояснил Себастьян, отвечая на незаданный вопрос Клэри. – В Праге они союзники. Приходят сюда… расслабиться.