Книга Город небесного огня, страница 197 – Кассандра Клэр

— Ты действительно так думаешь? – На щеках Изабель заиграл румянец.

Саймон кивнул.

— Иди сюда, – позвала девушка, и он разрешил ей притянуть себя. Теплая рука проскользнула под его футболку и стала перебирать позвонки. Его волосы колыхались под ее дыханием.

— Иззи, я люблю…

Она ударила его по руке, но не со злости:

— Не сейчас.

Он уткнулся носом ей в шею, вдыхая сладкий аромат кожи и крови:

— А когда?

Она вдруг отпрянула:

— Слышал?

Саймон уже хотел покачать головой, но вдруг услышал какой-то звук, одновременно напоминающий шорох и плач. Звук доносился из той части тоннеля, где они еще не были. Изабель бросилась бежать, луч от ведьминого огня суетливо заметался по стенам. Подумав о том, что Сумеречные охотники – это прежде всего Сумеречные охотники, Саймон бросился следом.

Тоннель сделал еще один поворот и уперся в остатки разбитой решетки. За нею открывалось каменное плато, покрытое валунами. Ниже начиналась песчаная пустыня, местами поросшая черными искривленными деревьями. Облака рассеялись, и Изабель, подняв голову, тихо ахнула.

— Посмотри на луну, – прошептала она.

Саймон посмотрел… и вздрогнул. В небе была не луна, а… луны. Как будто одна большая луна раскололась на три части. Своей формой луны напоминали акульи зубы; все они излучали рассеянный свет, чем-то напоминающий свет люминесцентной лампы. Юноша прищурился. Своим зрением вампира он увидел в небе кружение неких существ. Одни из них напоминали то чудовище, которое схватило Джейса, другие – насекомых. И все были одинаково омерзительны.

— Что ты видишь? – дернула его за руку Изабель; она знала, что даже Руна дальнозоркости не придаст ей такой остроты зрения, как у Саймона.

— Демонов. Их там много. Почти все летучие.

— Значит, они теряют силу днем, а ночью становятся активными, – мрачно произнесла Изабель.

— Похоже, так. – Саймон снова пригляделся. – И еще. За пустыней что-то есть… что-то блестящее.

— Может быть, озеро?

— Может быть, – сказал Саймон. – Хотя нет. Похоже на…

— На что?

— На большой город, – неохотно продолжил он. – На город демонов.

— Ой… – Изабель побледнела, но потом взяла себя в руки, выпрямилась и сказала: – Давай вернемся и всем расскажем.

С потолка на серебряных цепях свисали вырезанные из гранита звезды. Джослин лежала на каменных нарах, служивших постелью, и смотрела на них.

Она уже сорвала голос от крика, а колотя в дверь (дубовую со стальными петлями), разбила в кровь руки. Стилус у нее кто-то отобрал, и, обнаружив это, она саданула кулаком по стене с такой силой, что теперь не могла разжать пальцы от боли.

Конечно, она едва ли ожидала, что ее выпустят. Если Себастьян хоть чем-то и походил на своего отца (а Джослин считала, что он во многом походит на него), то в первую очередь тем, что был, возможно, даже бо́льшим ничтожеством.

И он, конечно, был более изобретательным. Она убедилась в этом, когда все-таки обнаружила в куче мусора в углу сломанный стилус, ни на что уже не пригодный. Нет, ну разве можно так издеваться над матерью! (Это была спонтанная мысль – на самом деле она знала, что Себастьян способен и не на такое.) На ней была все та же одежда, что и на том злополучном званом ужине, который давал Мелиорн, но туфли исчезли. Волосы были неровно обрезаны до плеч, как будто кто-то (опять «кто-то»!) поработал тупой бритвой.