Книга Корпус тайных наук, страница 133 – Саша Мирович

— Какое время? Подожди! – Витольд все-таки уперся каблуками в пол, уже на лестничной площадке. – Куда ты меня тащишь?

— В лазарет, конечно, как Берендт и велел, – Елецкий тоже остановился. – Я вчера поговорил с Митей, мы даже кое-что сделали, тебе надо это увидеть.

Что ж, дополнительно проверить место ритуала было более чем разумно, и Витольд упираться перестал. Теперь он просто старался не отставать от Елецкого, смаргивал попеременно то серую пелену, то черные мушки перед глазами и безжалостно гнал от себя сонливость.

На лестнице и в коридорах было холодно, время от времени слышалось, как снаружи в парке воет непогода. Темно стало так, словно солнце сегодня и вовсе передумало подниматься, и для здешнего ноября это было бы вполне вероятно. Шум ветра чем дальше, тем больше заслонял от Витольда все прочие звуки и отчего-то заставлял воображать не местные пейзажи и не далекую любимую Бжезину, а каменистую пустошь, поросшую жесткой чахлой травой, и мертвую деревню с покосившейся колокольней на горизонте.

— Черт, – выругался Витольд сквозь зубы. – Это все чертов де Каньи… – он споткнулся на последней ступеньке лестницы и, едва не рухнув на площадке третьего этажа, ухватился за сюртук Елецкого. Тот, нахмурившись, осторожно обнял его за плечи.

— Что с тобой? Ты здоров? Или это в самом деле мигрень?

— Все хорошо, – Витольд улыбнулся. – Просто не выспался. И слишком много де Каньи на одну ночь, с его латынью, старофранцузским и образными выражениями, – поколебавшись, он вздохнул и прибавил: – Ну и я порой слишком глубоко погружаюсь в чтение, мне потом мерещатся разные странности. Сейчас проветрюсь. Пойдем к Мите. – Витольд первым открыл дверь в лазарет. Елецкий шагнул следом, и можно было физически почувствовать, как прожигает спину его пристальный взгляд.

В лазарете было жарко натоплено, отсветы огня в камине делали обстановку уютнее. Низкое серое небо, почти облетевшие парковые деревья, которые нещадно гнул ветер, – все эти картины будто стали дальше. Казалось, здесь ты под защитой. Витольду подумалось, что это ощущение, может быть, и иллюзорно, но иногда полезна даже иллюзия покоя, особенно в трудную минуту, так что место для ритуала они выбрали правильно.

— Вы пришли! – голос Мити вернул его в реальность. – Надеялся, что заглянете перед ритуалом. – Соскользнув с постели, он в пару шагов оказался перед ними и, понизив голос, прибавил: – У меня новости.

— Ты разве не должен отлеживаться? – ворчливо поинтересовался Елецкий.

— Мне лучше, – отмахнулся Митя.

По мнению Витольда, выглядел он действительно неплохо: на лицо в последние дни вернулись краски, в глазах больше не было лихорадочного блеска, кожа не казалась землистой.

Митя потянул их за собой, к заправленной койке по соседству с собственной.

— Послушайте, я тут подумал, что Отто Францевич может нам помешать, – проговорил он, опасливо оглядевшись по сторонам.

— Что ты с ним сделал? – встревоженно перебил Витольд, готовый ко всему после суток в компании мессира де Каньи.

Ответом стал взрыв дружного хохота Мити и Елецкого, который, переведя дыхание, откликнулся первым:

— Прости, мы не над тобой. То есть совсем немного над тобой, – он улыбнулся. – Знал бы ты ангельскую натуру Мити, не задавал бы таких вопросов, даже если бы в Корпусе разрешалось закапывать штатных врачей на заднем дворе.