Книга Мертвая невеста, страница 9 – Дарья Иорданская

Чень медленно сел обратно.

* * *

Компания подобралась, даже на самый беглый взгляд, странная. К их семерке, и без того достаточно разношерстной, прибавилось пятеро кинематографистов. Старшего из операторов, мрачноватого типа, обнимающегося с каким-то с виду важным и загадочным прибором, сразу же взял в оборот Хон, и Лусы испытала мимолетное облегчение. В противном случае ей пришлось бы весь вечер терпеть полные восторга взгляды. Второй оператор, Фэн, пытался разговорить Цин Ченя, но тот оставался мрачным и немногословным, словно бы не его это была затея приехать в Цинтай. Впрочем, может, и в самом деле не его, просто Цин Чень пал очередной жертвой Хояновой настойчивости. Третий член съемочной группы, звуковик Кай, терпеливо отвечал на вопросы возбужденного встречей с самым настоящим кинодокументалистом А Ли. С большим удовольствием горе-журналист поговорил бы с Мэй Мэй, руководительницей экспедиции и продюсером съемок, но та держалась особняком и если с кем и говорила, то только с Хо Яном и Джеки. Знавала Лусы таких вот женщин: собеседников себе они выбирали по тому, как пошит костюм и сколько стоят часы на руке. Часы Хо Яна стоили очень дорого.

Лусы с удовольствием сбежала бы, но она оказалась зажата между Джэнис, говорливой репортершей, и вернувшейся с ящиком выпивки Ночью. Над столом снова смешались запахи – еды, духов, чая, табака, алкоголя, – и постоянно чесался нос и тянуло чихать. Лусы сосредоточилась на этих ощущениях, весьма неприятных, и почти не обращала внимания на разговоры, которые мешались и переплетались, почти как запахи. Ей подливали и подливали, едва только Лусы успевала сделать глоток. Алкоголь был крепкий и горький. Рука тянулась к чайнику, ее перехватывали, и в поле зрения оказывалась новая стопка. Хо Яну – сам он почти не пил – нравилось спаивать людей. Пройдет еще полчаса, он достанет свой телефон и будет снимать все, что только попадется в объектив. Лусы передернуло.

— Невеста? – голос Хо Яна заставил ее вернуться к реальности. Не так уж часто в нем звучала подлинная заинтересованность. – Что за невеста?

— Вы сюда приехали, ничего о ней не зная? – удивилась Мэй Мэй.

Хо Ян повернул голову и посмотрел через стол на Цин Ченя. Тот оказался едва ли восприимчив к взглядам, которые даже Лусы вгоняли в дрожь, и пожал плечами.

— Местная байка, ничего особенного. В каждом селении такая есть.

— Так что за невеста? – Хо Ян подался вперед, с интересом разглядывая собеседников.

Фэн откинулся на спинку стула, вернул взгляд, такой же внимательный и цепкий, и улыбнулся.

— Говорят, это произошло в эпоху Мин^[2], а может, и раньше. У одного торговца была прекрасная юная дочь, которую пожелал взять в жены чиновник, известный своей жестокостью. У него были уже четыре жены, и все они влачили жалкую жизнь, терпели издевательства и побои. Однако, даже зная об этом, торговец ничего поделать не мог. Он зависел от этого чиновника и не мог ему отказать. И он собрал свою дочь, усадил ее в паланкин и отправил в дом жениха. Но по дороге девушке удалось сбежать. Она украла лошадь и поскакала через ночь куда только глаза глядят, пока не оказалась на уединенной горной дороге. И там она повстречала молодого дровосека, который пожалел ее и привел в свою деревню.