Книга Повелитель жизни. Наследие Норнов, страница 29 – Сергей Баранников

— Беррин! – я прервал Говорящего, который разошёлся сверх меры. – Похоже, ты был в отключке, когда мы беседовали с твоими друзьями. Я не норн. Точнее, не из тех норнов, которые жили под землёй. И я совершенно ничего не знаю о том, что происходит здесь. Для меня это всё в диковинку.

— Жаль. Знаешь, я уже надеялся, что с помощью норнов мы отыщем новые месторождения, и тогда всё изменится.

— А что изменится, Беррин?

Получить ответ я не успел, потому как в этот момент из здания Совета вышли стражи и пригласили нас войти внутрь. У входа пришлось отдать оружие и оставить рюкзак – таковы правила. Даже по Ядру я мог расхаживать с жезлом в руках, а вот заходить в Дом Советов – никак.

Само здание Совета представляло собой огромный круглый зал, высеченный в камне. Со стороны чем-то напоминало амфитеатр, вот только здесь был потолок. Звук расходился таким образом, что каждое слово отражалось от стен и доносилось до каждого посетителя.

Вокруг центра располагалось двадцать восемь каменных возвышений, которые напоминали трибуны. Пустовали одиннадцать – одна была в копоти, будто её пытались сжечь, две расколоты, но никто не потрудился убрать обломки. Наоборот, я бы сказал, что их собрали в кучу и сгрудили в одном месте. Остальные пустующие трибуны выглядели вполне сносно, но за ними не было никого из гномов.

Кстати, о гномах. Я насчитал семнадцать бородатых старцев, которые были одеты в богатые одежды. На груди каждого из них красовался символ отличия. Выходит, значки в виде молота у Атли и Броина – не что иное, как знак принадлежности к определённой семье.

— Семнадцать старейшин! – с благоговением в голосе произнёс Беррин, который следовал за мной и сейчас встал на цыпочки, чтобы говорить как можно тише.

— Я так понимаю, это немного?

— Шутишь? В последний раз больше старейшин собиралось лет сорок назад. Даже я с трудом помню такой случай. Кажется, тогда война с глотами была в разгаре.

— А я смотрю, они не особо любят посещать собрания Совета…

— А ты попробуй собери всех! Кто-то следит за работами на фермах, другие ведут исследования, третьи командуют обороной, четвёртые разведывают новые месторождения…

— Да куда им разведывать? В их возрасте дома сидеть, да в потолок плевать!

— Не говори так о старейшинах! – насупился Беррин. – Это невежливо, и не может быть правдой. В Совете не держат полоумных стариков. Каждый из них в силах постоять за себя.

Шпора сидела у меня на плече и с интересом рассматривала зал. Наконец, когда её взгляд зацепился за странные камни в центре, она решила поинтересоваться у нашего спутника.

— Слушай, а что за сгоревшая трибуна? И вон те расколотые…

— Это история Скальна, – Беррин вмиг помрачнел и понизил тон. – Две семьи ушли из Скальна со скандалом, можно сказать, были изгнаны. Старейшины приняли решение уничтожить их камни, чтобы больше ни один из членов их семьи не вернулся в город и не имел голоса в Совете.

— А что же такого сделала семья тех, чью трибуну сожгли?

— Предательство! – немного резко произнёс Беррин, и на него оглянулись сразу несколько стражей. – Говорящие с огнём оплавили камень семьи Камнеликих, навсегда лишив их возможности занимать место в Совете.

— А что мешает им занять любую свободную трибуну? – поинтересовалась фея.