Книга Долг легиона, страница 88 – Николай Метельский

— Как Империя вообще допустила Агейский прорыв? — спросил подошедший Дан.

После чего скинул рядом с собой охапку дров.

— Агейский прорыв… — вздохнул я. — Это последствие самой большой ошибки Империи в той войне, под названием Живой лес.

— Не помню такого, — заметил дурбаванец.

— А что за ошибка такая? — спросил Дан.

— Вы что, правда не знаете? — удивился я, посмотрев на жреца. — Ну ладно Дан, а вы что, историю не изучали?

— Я знаю, что Агейский прорыв это одна из двух самых масштабных операций демонов той войны, — качнул головой дурбаванец. — Собственно, Агейский прорыв в «хвосте краба» и Пуаренская трагедия в «левой клешне».

Говоря о «крабе» жрец имеет в виду наш континент, который, если смотреть сверху, похож на огромного краба. Вся история войны с инферно на западном континенте была разделена на регионы. «Хвост краба» на севере, «правая клешня» на западе, «левая клешня» на востоке и «крабья голова» на юге. Но на юге боевые действия были… странными. Там обороной заправляли драконы с гномами и у них то ничего, то полный трындец. А события, о которых говорил дурбаванец, это самые масштабные бои в истории той войны. Агейский прорыв — это наступление более чем миллиона демонов, а Пуаренская трагедия — это почти полтора миллиона. Мы-то тогда отбились, а вот Восточная коалиция на «левой клешне» в тот раз почти пала.

— Незадолго до появления первого портала, — начал я рассказ, — произошёл случай, который стал заметным событием в Империи. Граф… Забыл. Короче, один из имперских аристократов сослал своего первого сына на запад Империи, назначив наследником второго сына. Уж не знаю, что там у них произошло, но, по слухам, придурок-граф посчитал сына бесперспективным. В любом случае это уже не важно. Изгнанный сын осел севернее Софица, в довольно-таки пустынном крае, но не прошло и тридцати лет, как на том месте вырос лес. Большой лес с кучей всяких… существ. Империя долгое время не обращала на это внимания, так как брать оттуда было нечего, но лес это уже не камни с редкими травами. В общем, в какой-то момент там чуть заварушка не началась, так как лес оказался чуть ли не живым, а управлял им один человек. Тот самый изгнанный сын графа. Как выяснилось, он оказался гениальным магом с предрасположенностью к стихии природы. И говоря гениальный, я не преувеличиваю. Предок со своим талантом ему в подмётки не годится. Когда та история закончилась, магу было чуть за сорок, и он был магом восьмого Круга.

— Ох, ни фига ж себе… — пробормотал пристроившийся рядом Танис. — И правда, гений.

— Но ваш предок сформировал восьмую Звезду в тридцать два, — заметил дурбаванец.

— Нельзя сравнивать Круги магов и Звёзды воинов, — покачал я головой. — Восьмая Звезда в семьдесят-девяносто лет для человека нормально, маги не могут развиваться настолько быстро. Они восьмой Круг формируют ближе к тысяче лет. А тут в сорок.

— Понятно, — кивнул дурбаванец. — А в чём была ошибка Империи?

— Второй портал открылся как раз в Живом лесу, — ответил я, поджав губы. — Новость, которая подняла на уши всю Империю. Легион с первым-то порталом справиться не мог, а тут ещё один. К лесу начали стягивать все свободные силы того региона, выстраивая линию обороны, а демоны всё не нападали и не нападали. Месяц, второй, третий… Были подтянуты силы, заканчивали строить оборону, перестроили логистику, а демоны всё никак не выходили из леса. Гораздо позже я, то есть предок, узнал, что всё это время тот маг в одиночку сдерживал тварей, постоянно посылая сообщения о помощи. В одиночку, с-с-сука. Самая большая ошибка той войны, как по мне. Если бы командование выдвинуло ему на помощь легионы, мы бы закрыли второй портал ещё в начале войны. Учитывая, что первый портал через несколько лет закроет команда архимагов, Империя воевала бы лишь с демонами из третьего портала. Вся война могла пойти по другому пути. Империя могла существовать до сих пор. На деле же мы получили Агейский прорыв из бывшего когда-то живым леса.