Книга Утверждение власти, страница 232 – Николай Метельский

— Уходим отсюда, – произнёс Щукин.

И мы ползком стали спускаться со второго яруса контейнеров.

Времени прошло достаточно, так что вот-вот должны отчитаться о завершении подготовки корабля. Хреново то, что конкретно эту атаку мы должны отразить в любом случае, иначе нам просто не дадут уплыть. Есть и положительный момент – сражаться мы будем в лабиринте пусть и небольшого, но порта. МД тут развернуться особо негде.

* * *

Рывок, удар, подхватил падающую винтовку, поставил жёсткий щит, перекат. Три очереди и перекат за укрытие в виде двух американцев, ещё трое свалились мёртвыми, а двое продолжили стрельбу из-за перевёрнутого и покорёженного контейнера. Но это они в любом случае зря – эта жестянка не может их защитить. Две очереди по два выстрела – и вновь Рывок. Одному хейговцу сломал ударом кулака шею, а ещё двух добил из винтовки.

Фух, кажись, отбились. Судя по информации от «обнаружения жизни», американцы начали отступление. За время боя мы потеряли шестнадцать спецназовцев и Раджана. Малайский Мастер угодил под перекрёстный огонь двух МД, которые заодно ещё и двоих бойцов «Тёмной молнии» уничтожили. И вроде маленькие потери для такого боя, но Мастера на дороге не валяются, а люди Такано так и вовсе штучный товар. И если бы не Райт, нас бы просто задавили. А так… Половину пехоты мы выкосили, все БМП уничтожили, восемнадцать тяжёлых МД «Гнев» уконтрапупили. Два из них, к слову, на моём счету. Остальные отступили, но этому можно только радоваться. Адам Райт, я да застройка порта – вот что нас сегодня спасло.

Ах да, как я мог забыть – ещё минус три Мастера у клана Хейг. За сегодня мы убили уже четверых.

Вновь занимать оборону порта мы не стали, собравшись у корабля. Его подготовили буквально минут за десять до последней фазы боя, но в тот момент это было неактуально.

— Может, разведчика куда посадить? – спросил подкопчённый Райт.

В принципе, у нас у всех был тот ещё видок, ну разве что кроме меня.

— Не стоит, – ответил я и кивнул Такано. – Грузи народ на корабль. Тела наших собрали?

— Собрали, господин, – ответил он.

— Тогда командуй. Щукин, Райт, мы идём к выходу из порта, постоим там ещё немного. Пусть на нас полюбуются.

— Зачем? – спросил Щукин. – Надо уходить, а не победой наслаждаться.

— Пусть понервничают, – глянул я на него. – Может, на десяток минут и замешкаются, когда корабль отходить начнёт.

Сложно сказать, занервничали ли они, но свои силы отвели ещё дальше прежней диспозиции.

— Не уверен, что они вообще сейчас заметят ухода корабля, – произнёс Щукин.

— Очень даже возможно, – покивал я.

— Одно жалко, – заметил Райт. – Единственный Шефри, проявивший себя, убит не мной.

— Кто о чём… – покачал головой Щукин.

Шефри – это тот Мастер, который с камонтоку огненного креста и который чуть не убил Раджана ещё при первой атаке американцев.

— Мне вот было жаль людей терять, – произнёс я, глядя на него. – Тех самых, которые могли и выжить, если бы ты не показал себя.

— Я раскаиваюсь, – вздохнул Райт. – Правда, раскаиваюсь. И был бы признателен, если бы мне прекратили тыкать этим в лицо.

— Признательность на хлеб не намажешь, – покачал я головой. – Главное, помни, к чему приводит несдержанность.

— Я не забуду, – поморщился он. – И хочу сказать спасибо за то, что ты взял меня сюда. Пусть и было опасно, но… Спасибо, короче.