Книга Утверждение власти, страница 464 – Николай Метельский

— Верю, – оторвался я от стола, откинувшись на спинку кресла. – Сам тому пример.

— Да? – произнёс Щукин со скепсисом. – И в чём ты профан?

На что я хмыкнул.

— Да во всём, кроме драк.

— Верится с трудом, – улыбнулся он. – Да и ладно, зато ты стал аристократом. Добился своей цели.

— Ещё нет, – глянул я в окно. – До цели мне ещё далеко. Кстати, если убийца действительно из наших, мне придётся его наказать.

— И?.. – нахмурился он. – Мне-то об этом зачем говорить? А, кажется, понял. Думаешь, я буду стоять за этого человека горой? Зря думаешь. Для меня на первом месте род Аматэру. Да и… – задумался он. – Да и для остальных так же. С семейными всё посложнее, но в целом род всё равно на вершине приоритетов. В общем, если кто-то из Слуг провинился, большинство будет не на его стороне. Мы вверили тебе всё, Синдзи, не только настоящее и будущее, но и прошлое. И если в этом прошлом есть что-то, порочащее род… Будь добр отвечать.

Это он к тому, что если преступник из наших, но на момент преступления он ещё не был Слугой, то вступая в род, был обязан сообщить о таких вот неоднозначных моментах. И если не сообщил, то по умолчанию виновен.

— Ладно, будем надеяться, что нас всё же подставили, – произнёс я, вставая с кресла.

— Только вот зачем это было кому-то? – спросил Щукин. – Здесь, в России, я имею в виду.

— Мы не цель, – пояснил я. – Мы способ. Просто способ спрятать концы в воду. И как видишь, если это подстава, у злоумышленника всё получилось – Симонова зациклена именно на нас. Всё, замяли тему. Пойдём утренние новости посмотрим.

Я всегда стараюсь смотреть новости. Нет-нет, но и по телеку порой интересные вещи проскальзывают.

* * *

Когда я зашёл в кабинет, Багратион сидел за своим столом и, приспустив на нос очки, читал какой-то документ. Ну, или что там у него за бумажка формата А4. Тем не менее, стоило мне зайти в помещение, он посмотрел на меня и отложил бумагу в сторону.

— Аматэру-кун, прошу, присаживайся, – указал он на кресло, стоящее рядом с его столом. – Ты уж извини, что всё так по-рабочему. Слишком много дел навалилось. И это я ещё дома, – вздохнул он.

— Очень хорошо вас понимаю, Андрей Витальевич, – произнёс я, подойдя к нему и усаживаясь в кресло. – Сам порой от перекуса до перекуса живу.

— О правильном питании, молодой человек, совсем не зря постоянно говорят, – улыбнулся он. – Не измывайтесь над молодым организмом.

— Так я же Патриарх, Андрей Витальевич, – улыбнулся я в ответ. – Мне позволительно самую малость наплевать на свой организм.

— Не совсем тебя понял, – изобразил он удивление. – При чём тут Патриарх?

— Так мы же долгожители, – пожал я плечами. – Вне зависимости от того, что едим и делаем ли зарядку.

— И откуда такая информация? – спросил он. – Хотя дай догадаюсь – архивы древнего рода?

— Статистика по известным Патриархам, – приподнял я уголок губ. – Из тех, кто умер своей смертью, меньше ста лет не прожил никто. Адам Гейтс так и вовсе полторы сотни лет успел отметить.

— Хм, и правда, – задумался Багратион. – Тем не менее Патриархов было слишком мало для нормальной статистики, и всех их хранили как зеницу ока. Они и должны были прожить долго.

— Я вам в счёт будущих хороших отношений говорю – Патриархи живут долго. И чем они сильнее, тем дольше живут.