Книга Утверждение власти, страница 586 – Николай Метельский

Уйдя перекатом от очередной молнии Шайшо, Мизуки рванула в его сторону, на ходу умудрившись увернуться от очередной техники. Тут уже именно Шайшо допустил ошибку – ему явно надо было придержать удар. Он, конечно, быстро создавал техники, но не как пулемёт. Именно этой паузой между активацией одной молнии и созданием другой Мизуки и воспользовалась, сумев добежать до противника. И с ходу залепить ему ногой в живот. А потом ещё и апперкот в голову согнувшегося Шайшо.

Акено оказался прав – тот явно не ожидал, что его начнут банально избивать руками и ногами. Не зря Акено заставлял дочь в последних боях на расстоянии сражаться, как бы показывая, что именно это – сильная сторона его дочери. Ну и мужская предвзятость в части того, что женщины так себе бойцы в рукопашной, тоже помогла. Одно дело бахир, и совсем другое – женский кулачок. И тут – на тебе! Охваченные пламенем конечности Мизуки семь секунд выбивали всякую дурь из Шайшо, а тот максимум что мог сделать, это защищаться.

— Не смогла, – очень тихо выдохнул Акено.

Примерно то же самое и в то же время подумал и я. Мизуки всё же не смогла задавить Шайшо. Да, он ещё защищался, но уже не так бездумно. Больше не было глухой обороны – он видел удары. Что-то принимал на блок, от чего-то уклонялся. И на тринадцатой секунде защиты ударил в ответ. Всего лишь хук с правой, но это ознаменовало его полное восстановление. Удар, блок, удар, вспышка. Не понял, что он сделал, но после белой вспышки Мизуки, сделав оборот вокруг своей оси, отлетела метра на три. И тут же перекатилась, уворачиваясь от молнии. И ещё раз, поднимаясь на ноги и уходя от следующей атаки. После чего, низко наклонившись, в буквальном смысле пропуская очередную молнию над собой, рванула обратно, стремясь максимально сблизиться с противником.

То, что я наблюдал следующие пару минут, нельзя было назвать избиением. Мизуки удавалось достать Шайшо и, судя по нему, била она больно, но в целом рыжая проигрывала. Била, получала, отлетала и вновь сближалась с парнем. Ей бы отойти назад, разорвать дистанцию, начать всё с начала, но… Я не знал, почему Мизуки этого не делала, но рано или поздно она должна была огрести, что и случилось, когда Шайшо отпрыгнул назад, одновременно с этим кидая под ноги Мизуки ярко-белый шар. Бежавшая к противнику девушка успела среагировать и даже прыгнула вперёд, намереваясь пропустить шар под собой, но достигнув земли прямо под животом Мизуки, тот взорвался белыми молниями, и вместо того, чтобы сделать перекат, рыжая просто свалилась на землю, выгибаясь от пронзившей её боли.

Судья, конечно, тут же подбежал, и, встав на одно колено, что-то спросил у Мизуки, после чего поднялся и сделал три шага назад. Великая Рыжая не сдалась. Медленно встав на колени, она так же медленно поднялась на ноги. Всё это время Шайшо просто стоял и ничего не делал, позволяя ей прийти в себя, а когда она утвердилась на ногах, неторопливо поднял руки и встал в стойку. Недвусмысленное приглашение сойтись в рукопашной. И Мизуки это приглашение приняла, направившись в его сторону. Она не бежала, используя каждую секунду, чтобы восстановиться. И вот только теперь началось то, что можно назвать мордобоем. Технически, в рукопашке Мизуки была лучше Шайшо, но тот был банально сильнее. Отвечая всего одним ударом на её два, он все больше теснил её. Ну и да, долго это продолжаться не могло, в какой-то момент рыжая совершила ошибку – уклонилась в сторону, когда надо было сделать шаг назад, за что и получила серию ударов, от которых и защититься-то не могла. Причём последний удар был настолько мощным, что с неё сорвало шлем, а саму её повело влево. У меня в тот момент сердце ёкнуло, так как Шайшо замахнулся вновь, явно продолжая отработанную серию ударов, а такие вот вбитые в рефлексы серии, остановить на полпути очень сложно. Однако он сдержался, сумел остановиться, ещё и несколько шагов назад сделал. Подскочивший судья опять что-то сказал, указав Мизуки на упавший шлем. А та, посмотрев сначала на судью, потом на шлем, потом на Шайшо, медленно подняла руку, на что парень просто поклонился и пошёл на выход.