Книга Утверждение власти, страница 82 – Николай Метельский

— Конечно, Кояма-сан, – кивнул я.

Что ж, как я и говорил – это не моя инициатива. Раз просят, то почему бы и не выделить им немного времени Синдзи Аматэру? После ужина Кагами позвала Чуни, на пару с которой и занялась уборкой кухни, а вот дочерей отпустила. Ну а мы с Акено и Сашио последовали за Кентой в одну из гостиных дома, оформленную в японском стиле. Именно там чаще всего велись деловые переговоры и семейные обсуждения серьёзных дел. Мори Сашио, что интересно, пошёл вместе с нами. В комнате расселись вокруг низкого столика на специальные подушки – они же дзабутон. Причём стол не был пустым, там уже стояли чашки о-тёко, в которых обычно пьют саке. Вообще-то традиционно его пьют из трёх видов чашек, имеющих очень разный вид. О-тёко – это чашка повыше, сакадзуки – почти блюдце, а масу – вообще деревянная шкатулка. Но это так, к слову. Я перед собой наблюдал именно о-тёко, в которые Кента собственноручно разливал из кувшинчика нечто прозрачное.

Между прочим, я не люблю саке. И водку. И виски. Да и вообще алкоголь, если уж пошла такая пляска. Это простой человек чувствует опьянение, а я чувствую, как мой мозг пухнет. И это не аллегория, я реально ощущаю давление на мозг. Для дела ещё можно травить свой организм, но получать от этого удовольствие? В реальном времени наблюдать, как что-то отмирает у тебя в голове? Как я и сказал – для дела можно, для удовольствия нет. Хотя тут надо уточнить – в малых количествах алкоголь для меня не заметен. Он делает свое деструктивное дело, но я его не замечаю. Ну и градус, конечно, решает. Того же саке, в котором градусов шестнадцать… от пятнадцати до двадцати… мне нужно около ста миллилитров, чтобы почувствовать его влияние. И надо заметить – моя регенерация работает, она исправляет нанесённый телу урон, насколько это возможно, но неприятные ощущения никуда не пропадают. Если бы не та самая регенерация, я бы и вовсе зарёкся пить алкогольные напитки.

— У нас какой-то праздник? – спросил я, беря чашку с саке.

— Вчера был день рождения Сашио-куна, – ответил Кента. – А мы с Акено, по независящим от нас обстоятельствам, побывать на нём не смогли.

— Оу. С днём рождения, Мори-сан, – приподнял я чашку.

— Благодарю, Аматэру-сан, – кивнул он.

Кента и Акено его не поздравляли, наверняка уже успели это сделать, лишь кивнули парню, на что тот слегка поклонился.

— Ну а теперь о делах, – произнёс Кента, ставя пустую чашку на стол. – Прежде всего хочу поздравить тебя, Синдзи – полгода прошло, осталось столько же.

— Спасибо, Кояма-сан, – кивнул я, наблюдая, как Акено подливает ему саке.

Впрочем, как и себе. На нас с Сашио он лишь бросил взгляд, на что мы оба покачали головами.

— К сожалению, это были самые простые полгода, – вздохнул Кента, – но я верю – ты справишься.

После чего он, левой рукой придерживая рукав кимоно, поднёс чашку с саке к губам. Опустошать её он не стал, сделал глоток и поставил чашку на стол.

— Я всего лишь наблюдатель, Кояма-сан, справляться будут Шмитты, но я тоже верю, что у них всё получится.

— Жаль, что наша вера мало чем помогает, – вздохнул он. – Ну да ладно. Поговорить я хотел всё же о другом. Видишь ли, Синдзи, клану Кояма будет полезно вливание в него «чистой крови», и мы бы хотели обсудить цену вопроса.