Книга Юнлинг, страница 62 – Николай Метельский

Медитацию я урезал до минимума в полчаса. Понимаю, что решение это спорное, но мне просто дико не хватало времени. А когда я все-таки решился, поймал себя на мысли, что в своем мире никогда не учился с такой самоотдачей. Даже не так. С удовольствием. Мне жутко нравилась вся эта джедайская бодяга. Не само их учение, философия или кодекс, а именно прикладные науки. Все, что связано с Силой. Не скажу, что это сделало меня гением, с полпинка во всем разбирающимся, но желание узнать очень даже присутствовало.

Но, как бы медленно время не шло, оно все-таки двигалось, и я таки дождался своего дня рождения. Несмотря на то, что сам день ничем не выделялся, мне было все равно. Пусть никто не знал, что у меня сегодня праздник, пусть меня никто не поздравил, пусть. Это ведь не так уж и плохо, если подумать, отсутствуют не только мои поздравления, но и мне никого не надо поздравлять. Отслеживать дни рождения друзей и знакомых, мучиться с выбором подарков…

После последнего урока я, не заходя в свою комнату, чуть ли не бегом отправился к Дзику. Давно я не ощущал такого состояния, ни в этой жизни, ни в более долгой той. Предвкушение. Очень сильное предвкушение.

Зайдя в хорошо знакомый мне ангар, поприветствовал проходящего мимо техника. И еще одного. И еще. О, джедай – тебе тоже привет. И тебе. Да-да, и вам всем.

Но вот, наконец, рабочее место лысого громилы, и он сам, улыбающийся до ушей.

— Ну, здравствуй, именинник, – прогудел мужчина. – Пойдем. Завершим сборку и включим его уже.

Дроид стоял там, где мы его и оставили вчера. Практически собранный, оставалось только внешний корпус прикрутить к каркасу. Чем мы и занялись, затратив на это всего двадцать минут. И вот он, решающий момент. Я лично щелкаю переключателем внутри дроида и наблюдаю, как разом зажглись несколько огоньков на его теле. Помигал радарный глаз, подвигался внешний сенсор, что-то пощелкало внутри. Ну а я, закрыв крышку корпуса, отошел на пару шагов.

— Мне нравится этот матерщинник, – произнес я вполголоса на русском, когда дроид начал что-то пиликать на своем бинарном.

— Что? – повернулся ко мне Дзик.

— Да нет, ничего. Классно получилось.

— Ну еще бы. С таким-то техниками, как мы с тобой, иначе и быть не могло. Нет, не я, – ответил он моему дроиду. – Вот он твой хозяин, – положили мне руку на плечо. – Рейн Дакари. Представься, малыш. Ему надо тебя запомнить.

— Рейн Дакари. Шесть лет. Твой хозяин, если что, – произнес я с усмешкой. – А тебя я буду звать… э-э-э… а как его звать-то? – спросил я Дзика. – R2 к нему с трудом применимо.

— Собственно, как хочешь, так и зови, – удивился мужчина. – Хоть два, хоть двадцать два. Хоть Лапочкой назови.

— Э нет, я слишком мало выпил для этого.

— Ты что? Ха, шутник. Ладно, какое имя ему дашь?

— Может его ДР-6 назвать? В честь этого дня.

— Може…

— Не, не то. Пусть будет Дриш. Не, нафиг-нафиг. М-м-м… что б придумать? День рождения шесть, – постучал я себя по подбородку пальцем. – Пусть будет Дерош.

Я, вроде, говорил, что у меня с воображением не очень?

— Пусть будет, – хекнул Дзик.

— Ну что, коротыш, – обратился я к дроиду, – с этого момента твое имя – Дерош.

Это было первое утро условно нового учебного года. Вчера Лаири объявила, что уже завтра к нашему свободному времени добавляется час, и она надеется, что мы используем его с толком. Завидую Асоке – у нее уже четыре часа.