Книга Край миров, страница 43 – Марта Уэллс

Судьба двора часто зависела от скорости и выносливости Утеса. Иные прародители при других дворах совсем не походили на него. Многие из них часто путешествовали, а некоторые просто уходили и больше не возвращались. Другие оставались при дворе, но не принимали активного участия в его жизни. Но Утес был достаточно стар, чтобы помнить, как двор покинул это древо-колонию, долгий путь из Пределов и все тяготы, которые пришлось пережить, прежде чем обосноваться в восточной колонии. Это давало ему возможность иначе взглянуть на жизнь раксура и обязанности консортов, чем принято в большинстве дворов, включая Туман Индиго. Хотя, когда в крылатом обличье Утес стал достаточно крупным, чтобы делать все что пожелает, он с удовольствием начал этим пользоваться.

Вероятно, он был не самым лучшим учителем для Луна в том, как быть раксура, но иного выбора тогда не было. И Луну вполне нравилось то, что из этого вышло. Большую часть времени.

Нефрита опустила перо и обратилась к Утесу:

— Он не хочет, чтобы ты погиб, старый ты олух.

Утес насмешливо фыркнул:

— Скорее всего, мы все погибнем из-за этих бестолковых земных обитателей.

Лун в бессилии поднял руки.

— Ладно, загони себя до смерти, мне плевать. Если это именно то, что ты хочешь.

— Да что с тобой? – спросил его Утес. – Хочешь лететь? Ты же говорил, что не хочешь.

— Все со мной нормально! – рявкнул Лун.

— Я пишу Малахите, – сказала Утесу Нефрита и вытерла перо. – Из-за этого он нервничает.

Лун был совершенно уверен, что они приписывают ему собственные чувства. Или что-то в этом роде. Он поднялся на ноги.

— Пойду поговорю со Звоном. Передай матери привет от меня.

Лун нашел Звона в библиотеке наставников – длинном помещении с высокими потолками, уходившем вглубь древа-колонии. По стенам тянулись полки из полированного агата, зеленого и белого. Некоторые были заполнены сложенными и свернутыми книгами в ярких кожаных обложках, но их было слишком мало. После долгих странствий Туман Индиго утратил большую часть библиотеки. С тех пор как двор вернулся в Пределы, наставники наладили довольно успешный обмен книгами с другими дворами.

Звон в земном обличье сидел на полу под самым большим скоплением светящихся раковин. Вокруг стояло множество мисочек с чернилами и лежали угольные палочки для рисования. На доске был туго натянут лоскут ткани, которому предстояло стать картой. Его покрывали угольные линии и надписи, и Звон как будто просто сидел и смотрел на него.

— Уже закончил? – спросил Лун.

Звон поднял голову.

— Я сделал набросок, но хочу подождать Душу, прежде чем раскрашивать чернилами.

Лун присел на корточки, чтобы рассмотреть карту поближе. Она показалась ему достаточно точной.

— Значит, ты просто сидишь тут.

— Я думаю. – Звон указал наверх. – И слушаю.

Вряд ли это можно было назвать полезной способностью, скорее странной, но безобидной, однако благодаря своим новым чувствам Звон иногда слышал низкий гул, которые остальные наставники считали голосами гигантских деревьев. А приложив усилия, он слышал древо-колонию – звук, как у штормового ветра, наполненный тихим шелестом, похожим на шорох листьев.

— Ты ведь не расстроился из-за путешествия? – спросил Лун.

Звон вообще не любил покидать двор, даже если это ничем не грозило, в отличие от Луна, Нефриты и других окрыленных.