Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 121 – Джин Соул

Ху Фэйцинь между тем размышлял, как обставить это дело, чтобы никого не подставить. Рассказывать Юн Гуаню, что душа-пройдоха выучилась сохранять воспоминания при перерождении, точно не стоило, но как тогда объяснить ему, для чего понадобился список жизни и смерти человека, жившего многие тысячи лет назад?

Ху Фэйцинь покривился и начал:

— Дело, видишь ли, вот в чём. Господин Чжу случайно припомнил кое-что из прошлой жизни и это не даёт ему покоя. Если бы он узнал, что случилось с тем человеком, которого он вспомнил, то, надо полагать, беспокойство его унялось бы… и он выздоровел.

Вечный судия сощурился и так поглядел сначала на Ху Фэйциня, потом на Чжу Вансяна.

— Да неужели? – скептически спросил он. – С чего такая забота о простом смертном, Фэйцинь?

— А что я, не могу бескорыстно кому-то помочь? – слабо возмутился Ху Фэйцинь.

— Обычно, – назидательно сказал Юн Гуань, – когда кто-то говорит о своём бескорыстии, это почти всегда означает, что корысть таки имеется, но умело или не очень скрывается. Тебе явно что-то от него нужно, но я никак в толк не возьму, что тебе могло понадобиться от простого смертного. Ты же…

— Бессмертный мастер, – прервал его Ху Фэйцинь и нахмурился.

Если Вечный судия ляпнет, что он бог, то люди тут же начнут требовать с него чудеса, а он не чудотворец и списки жизни и смерти из рукавов вытряхивать не умеет.

Юн Гуань высоко выгнул бровь:

— Вот как? Хм… Ну да ладно. Особого вреда от этого не будет, я полагаю. Смертный, – развернулся он к Чжу Вансяну, – назови мне имя человека, которого ты вспомнил. Я могу попытаться найти его список жизни и смерти, но, вероятнее всего, случайных воспоминаний мало, чтобы попытка удалась. Существуют тысячи людей с одинаковыми именами. Это как искать иголку в стоге сена.

— Всего-то и нужен магнитный камушек, – пробормотал Ху Вэй себе под нос.

Чжу Вансян встрепенулся и на одном дыхании выдал Юн Гуаню то, что помнил о Юань-эре: Цинь Юань, фамилия пишется так-то, имя так-то, родился в царстве Хэ тогда-то, царство Хэ переименовано в царство Ли тогда-то, отец такой-то, мать такая-то, должность при дворе такая-то.

— Надо же, какой обстоятельный ответ для того, кто «припомнил кое-что из прошлой жизни», – ехидно заметил Юн Гуань, поглядев на Ху Фэйциня.

За дурака они его держат? Не иначе как без ягод пробуждения не обошлось, или Великий ада подсуетился и как-то раздобыл нужную информацию. Вечный судия принюхался: нет, адскими ягодами не пахнет, их аура так быстро не развеется. А вот у этого смертного Чжу аура очень подозрительная, слишком плотная для простого смертного.

Юн Гуань бесцеремонно взял Чжу Вансяна за руку и проверил пульс. Того дрожь проняла от этого прикосновения! Руки Вечного судии были ни горячие, ни холодные – никакие. Юн Гуань поиграл бровями: всё-таки простой смертный, но с очень сумбурной аурой.

— Этих сведений достаточно? – спросил Ху Фэйцинь, видя, что молчание затянулось, а Чжу Вансян всё больше начинает нервничать.

— С лихвой, – очнулся от размышлений Юн Гуань. – Ладно, так и быть, помогу. А если у Высших сил возникнут вопросы, скажу, что ты меня заставил, – коварно добавил он.

— Что? – поразился Ху Фэйцинь. – Заставить тебя? Как будто я могу тебя заставить!

— Ты – нет, а вот Великий – да, – уточнил Вечный судия. – Ты вполне мог велеть ему заставить меня разыскать список жизни и смерти.