Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 164 – Джин Соул

— Я личный слуга императора, у меня есть обязанности во дворце. К тому же… – Лицо его стало серьёзным. – Мне нужно поговорить с Лу-эром и упросить его оставить тебя во дворце.

— А если он не согласится? – беспокойно спросил Чжу Вансян, приподнимаясь на локтях. – Что тогда?

— Не волнуйся, я хорошо умею упрашивать. Брат мне не откажет.

— Вы ведь выросли вместе, – пробормотал Чжу Вансян, – вы друзья детства.

— Да, как ты и наш царь, – кивнул Ван Жунсин. – Поэтому я знаю его лучше всех на свете. Он мне поверит.

— И в такое?

Ван Жунсин опять засмеялся:

— О чём ты говоришь, Сяогун? У нас во дворце поселился живой бог, небожители спускались с Небес и возвращались обратно, сады расцвели не по сезону. Одним чудесным явлением больше, одним меньше. Он мне поверит.

— Говоришь так, словно сам мне не веришь, – пробормотал Чжу Вансян едва слышно.

Ван Жунсин расслышал и укоризненно покачал головой:

— Если бы я тебе не верил, ты провёл бы эту ночь в темнице. Лишь немногие могут знать личное имя «тени» императора, а прикасаться к ней и вовсе запрещено. Это может делать лишь сам император и тот, которому выпала честь стать слугой «тени» императора. Я пришлю его и других слуг, они позаботятся о тебе, пока я занят.

— Я не ребёнок, сам могу о себе позаботиться!

— Как будто ты не знаешь, что во дворце есть правила, которые приходится соблюдать, даже если тебя от них воротит, – смешно развёл руками Ван Жунсин.

Чжу Вансян невольно засмеялся. Ван Жунсин отправился исполнять свои обязанности личного слуги, то бишь будить засоню-императора и уговаривать его провести хоть этот день, не строя коварных планов против «разлучника»-бога войны.

Чжу Вансян полежал ещё немного в постели, перебирая пальцами прядь собственных волос. За дверью что-то возилось. Он поглядел туда и недовольно позвал:

— Лаобо, это ты?

Это действительно был старый слуга, но едва он переступил порог, как следом за ним в покои прогарцевали трое слуг, выстроились у кровати, оттеснив старика, и церемонно поклонились Чжу Вансяну. Он придирчиво оглядел их и поймал себя на мысли, что все они статные и крепкие, в любой момент могут скрутить его, если заметят в нём безумие. Тут же он мысленно обругал себя: Юань-эр так бы с ним не поступил.

— Что вам нужно? – спросил Чжу Вансян с некоторым раздражением, которое слуги приняли на свой счёт.

— Господин Ван велел прислуживать вам этим утром, – сказал старший слуга, прищёлкнув пальцами.

Двое других, пока он отвечал, сдвинули ширмы, стоявшие в дальнем углу, и Чжу Вансян увидел, что там стоит фарфоровая ванна, расписанная золотой краской, и столик с умывальными принадлежностями.

— Теперь не используют купальни? – озадаченно спросил Чжу Вансян, следя за тем, как двое слуг убегают куда-то и возвращаются с полными вёдрами горячей воды. – Омовение совершают прямо в спальных покоях?

— Господин Ван всегда умывается в личных покоях под присмотром слуг, – сказал старший слуга. – Так распорядился наш император. У господина Вана слабое здоровье. Однажды ему стало плохо в купальне, и он едва не разбил себе голову. Тогда наш император и распорядился, чтобы слуги всегда были при нём.

— Юа… Господин Ван часто падает в обморок? – обеспокоился Чжу Вансян.

— В плохие дни у него голова кружится, – объяснил старший слуга.