Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 44 – Джин Соул

— Бянь-нюй, – сказал он, дотянувшись и стащив красное покрывало с её лица, – ты кажешься женщиной умной, потому выслушай меня. Не бойся, я ничего тебе не сделаю, – добавил царь, заметив, что белая змея подалась в сторону от его руки. – Силы меня давно покинули, и я не смог бы, даже если бы захотел.

— Но ты не хочешь, – внимательно посмотрела на него белая змея. – Так зачем было брать меня в жёны?

— Потому что ты добра к моему сыну, – ответил царь Вэнь и устало улыбнулся.

Решение жениться царь принял не спонтанно. Сына он очень любил и с нетерпением ждал каждой встречи с ним, мальчик тоже тянулся к отцу. Но один раз Мин Лу в назначенное время не пришёл, а потом и вовсе опаздывал или старался уйти пораньше, как будто общество отца его тяготило. Царь Вэнь огорчился, но ему доложили, что принц Мин Лу увлёкся одной из царских наложниц и проводит у неё всё время. Тут уже царь удивился: ребёнок ещё мал, чтобы увлечься женщиной, – и решил лично увидеть, что происходит.

Запретив о себе докладывать, царь Вэнь пошёл в гарем и увидел, что Мин Лу сидит на коленях у какой-то женщины и зачарованно слушает её. Царь Вэнь прислушался, наложница рассказывала мальчику о подвигах бога войны. Приглядевшись, царь заметил, что царская наложница лицом похожа на принцессу Ланьхуа – такую, какой он её помнил. На душе у царя стало тяжело, и он удалился к себе, размышляя о том, что увидел.

Что ж, если принц Мин Лу так счастлив в обществе наложницы Бянь-нюй, то нужно позаботиться, чтобы она и дальше была рядом с мальчиком. Ему нужна мать и вообще человек, который о нём позаботится, когда отец умрёт.

— Я вскорости умру, – сказал царь Вэнь, – стар я уже. Лу-эр останется совсем один, он ещё мал, чтобы становиться правителем царства. Другие не замедлят этим воспользоваться. Ему нужен регент, который сохранил бы царство до того дня, когда Лу-эр станет по-настоящему взрослым и сможет позаботиться о себе и о царстве Вэнь сам. Твоё нынешнее положение позволит тебе это сделать, Бянь-нюй.

— А если я сама завладею царством? – с усмешкой спросила белая змея. – Что тогда?

— Ты не станешь, – с уверенностью возразил царь Вэнь, – ты хорошая женщина. Лу-эр не полюбил бы тебя, будь ты плохой.

Белая змея беспокойно шевельнулась.

— Клятв я с тебя брать не стану, – продолжал царь Вэнь, отодвигая свою чарку со свадебным вином. – После моей смерти, если пожелаешь, можешь выбрать себе мужа по сердцу.

— Нет, – нахмурилась белая змея, – никаких больше мужей, хватит с меня.

— Значит, стать матерью моему сыну и оберегать его ты согласна? – сказал царь Вэнь, и его лицо просветлело.

— При одном условии, – подумав, сказала белая змея. – Избавься от своего гарема.

Царь удивлённо приподнял бровь, белая змея поспешно уточнила (кто их, людей, знает!):

— Прогони их. Козни женщин не на пользу ни взрослению сына, ни становлению будущего царя. Если сделаешь это, даю тебе слово, буду оберегать твоего сына и сделаю из него хорошего правителя.

На том они и договорились.

Ночь царь Вэнь провёл в павильоне Феникса, потому ни у кого не осталось сомнений, что консумация брака свершилась. На деле же белая змея уложила царя спать, а сама бодрствовала всю ночь, отчасти опасаясь спать в присутствии чужого человека, отчасти терзаемая сомнениями. Данное ею обещание вновь привязывало белую змею к людям, а ведь она дала себе слово, что больше не станет вмешиваться в дела людей.