Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 99 – Джин Соул

Вокруг него текла толпа людей в траурных одеяниях, многие из них плакали или кричали. Янь Гун оглядел себя и убедился, что на нём тоже белая одежда, на голове – покойницкая повязка, а между ног то, чего евнух давным-давно лишился и что казалось чем-то инородным, ему не принадлежавшим. Янь Гун сосредоточенно ощупал себя, убедился, что это ему не кажется, и сообразил, что после смерти люди принимают тот вид, какой должны были иметь изначально. Янь Гун криво усмехнулся. Посмертное «приобретение» казалось издёвкой: зачем оно ему теперь?

Его неумолимо влекло вперёд, по течению толпы, но Янь Гун, как мог, замедлил шаг. Нужно было осмотреться и решить, что делать дальше. Мысль о том, что он оставил Юань-эра и никогда уже с ним не свидится, назойливым дятлом стучала в виске.

— Я не хочу его оставлять, – пробормотал Янь Гун, – не хочу с ним расставаться.

Впереди раскричался какой-то мужчина и бросился бежать в сторону, но… остался на месте. Его будто слизнуло и вернуло обратно невидимой волной. Янь Гун хоть и не понял, как это произошло, но сообразил, что из потока душ не вырваться. Соседние души иногда останавливались, переводя дух по смертной привычке. Янь Гун тоже остановился, чтобы проверить кое-какие догадки. Стоять можно было сколько угодно, но стоило развернуться и попытаться пойти против толпы, как ноги деревенели и сами собой разворачивались, чтобы вернуться в поток.

— А куда мы все идём? – пробормотал Янь Гун.

Впрочем, ответ он знал, недаром же прочитал столько книг: к перевозчику душ, который отправляет души на перерождение или в ад. Янь Гун задумался: а куда попадёт он? При жизни он не геройствовал, но и подлостей не совершал, просто жил как мог. Но сколько в его жизни было сожалений! Он до сих пор не смог простить себе, что не уследил за Мэйжун и обрёк Ли Цзэ на одиночество. Он тяготился мыслью, что Юань-эр рассорился с отцом и потратил свою жизнь на всего лишь евнуха, хотя мог стать почтенным отцом семейства. За одно это он заслуживал ада! Но всё же…

«Не хочу его оставлять. Не хочу с ним расставаться», – напомнил о себе дятел в виске.

Поток душ струился к берегу реки и, как казалось издали, вливался в него тонкими струйками. Поодаль виднелся мост Найхэ. Янь Гун замедлил шаг, пропуская других вперёд, чтобы посмотреть, какая участь их ждёт.

У берега реки стояли утлые одновесельные лодки, в них полагалось переправляться через Реку Душ. Янь Гун с изумлением увидел, что перевозчиков душ несколько дюжин. Выглядели они все одинаково, двигались механически и размеренно, как марионетки, но работали слаженно, и души возле них не простаивали, одна за другой оказываясь в лодках и отправляясь в последнее плавание. Вместо отплывшей лодки у берега появлялась новая. Некоторых отправляли к мосту Найхэ, но Янь Гун не видел, чтобы под ним кто-то стоял. Видно, души пропадали на полпути к нему.

Того мужчину, который раскричался, перевозчик душ в лодку не пустил, оттолкнул в сторону и занялся другими душами. Мужчина принялся горестно стенать и жаловаться на жизнь. Янь Гун из его причитаний понял, что по нему не жгли ритуальных денег, поэтому ему нечем заплатить перевозчику душ.

Янь Гун машинально сунул руку за пазуху, втайне боясь, что там ничего не окажется, но пальцы нащупали бумагу, и он вытащил толстую пачку бумажных денег, а на её месте – он почувствовал – появилась другая. Глаза евнуха увлажнились. Конечно же, его оплакивали и по нему жгли ритуальные деньги. Ему стало жаль мужчину, и он протянул ему ритуальные деньги, но те рассыпались в прах, едва оказались в чужих руках.