Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 30 – Джин Соул

— Ты что, хлебнула лисьего винишка? – раздался над нею насмешливый голос Ху Баоциня. – Неужели нашла винный погреб?

Ху Сюань подняла голову, чтобы посмотреть. Ху Баоцинь казался страшно высоким, высоченным просто! Серебристая шерсть, в которой отражалось солнце, слепила глаза. Ху Сюань сощурилась и так смотрела.

— Я что-то подхватила, – заплетающимся языком ответила Ху Сюань.

— Подхватила? – переспросил Ху Баоцинь, выггнув бровь. – Что и где?

Ху Сюань уперлась ладонями в колени и попыталась встать. Ху Баоцинь наблюдал за ней какое-то время, а потом взял за шиворот и поставил на ноги.

— В демоническом лесу, – ответила Ху Сюань без особой уверенности, – думаю, это совиная простуда.

— Нет в «Лисьем лечебнике» такого диагноза, – возразил Ху Баоцинь и принюхался.

Нет, лисьим вином от Ху Сюань не пахло, значит, не обманывала.

Крылья носа серебристого лиса дернулись.

А вот запах самой Ху Сюань очень даже чувствовался. Ху Баоцинь почувствовал себя неуютно, повел плечами: в носу стало горячо, словно он вдохнул раскаленного летнего воздуха. Он взял Ху Сюань за плечо и развернул к себе лицом.

— У тебя жар? – воскликнул он, заметив пунцовые щеки и поволоку в глазах.

Ху Сюань с самым серьезным видом пощупала свой лоб. Есть у нее жар или нет, она определить не смогла: она плохо чувствовала свои пальцы. К диагнозам прибавился еще один: лисий паралич? Ху Баоцинь нахмурился и сам проверил лоб Ху Сюань. Руку обожгло.

— У тебя жар! – посерьезнев, сказал Ху Баоцинь. – Сильный жар. Как ты вообще на лапах стоишь?

— Вы держите меня за плечо, сяньшэн, – ответила Ху Сюань, не заметив, что вопрос был риторическим. – Так это все-таки лисья простуда?

— Скорее всего. – Ху Баоцинь взял Ху Сюань еще и за другое плечо и подтолкнул перед собой. – Тебе нужно лечь в постель.

— А лисьи лазареты… – попыталась упереться Ху Сюань.

— Лисий лазарет, я полагаю, будет у нас дома, – пробормотал Ху Баоцинь. – Как ты умудрилась подхватить простуду?

Удивление его было понятно: за все время, пока Ху Сюань жила здесь, она ни разу не болела. У нее было крепкое здоровье, хвори обходили стороной. Ху Баоцинь и сам был таким. Нужно хорошенько постараться, чтобы подхватить лисью простуду!

— И спрятать до сих пор не могу… – пожаловалась Ху Сюань, подразумевая хвост и уши.

— Понятное дело: ты слишком слаба, чтобы их контролировать.

Он заставил Ху Сюань лечь в постель и велел лису-фамильяру принести травяной отвар, которым лечили лисью простуду.

— Завтра будешь как новенькая, – заверил Ху Баоцинь, силой напоив Ху Сюань отваром.

Ху Сюань с отвращением высунула язык: было горько и противно.

Но когда утром Ху Баоцинь пришел проверить Ху Сюань, то обнаружил, что лучше той не стало: жар только усилился, Ху Сюань разметалась в кровати, тяжело дыша, и вся горела. Ху Баоцинь нахмурился и осторожно потрогал запястье Ху Сюань. С лица его тут же слетело выражение озабоченности. Пульс о многом мог сказать, и такой опытный лисий знахарь, как Ху Баоцинь, конечно же, сразу определил причину болезни.

Это была ни болезнь, ни лисья простуда, ни какая другая лисья хворь. Это было то, через что проходят все лисы рано или поздно, – лисье взросление.